Рецензия на книгу

• 

  Zhenya_1981

  7 сентября 2021

  Полиэтиленовый апокалипсис

  Придут другие времена, мой друг,
  Ты верь в дорогу.
  (с)

  Всякий раз, просыпаясь в библиотеке холодной темной ночью, он первым делом тянулся к сидящему у него под боком ребенку — проверить, читает ли.

  Снился сон. В нём они сидели на берегу моря и читали в своё удовольствие. Солнце нежно cогревало их загорелые тела, способствуя интеллектуальной неге.

  Полиэтилен книжной обложки тревожно шуршал в темноте библиотеки. Встал, пошёл в заброшенный буфет. В глубине поломанного холодильника обнаружил остатки словаря. Положил в тележку, быстро вернулся. Ребенок не заметил его ухода. Читал внимательно.

  Раскрыл словарь, заглянул. Прилагательных и местоимений не осталось. Карандашом наковырял несколько глаголов.

  -Вот, возьми
  -Опять, папа? Куда мне столько? Возьми себе половину. Я всё равно ничего не пойму
  -Не говори так. Ты дойдёшь

  Стеллажи покрыты пеплом и пылью. Спёртый воздух. Отдаленные голоса. Шелест мрачных теней. Скрип шагов в соседних залах. Взял ружьё, проверил заряд, взвёл курок. Сын тревожно спал.

  Подумал, что жена поступила правильно. Она боялась, что её изнасилуют и съедят. А в этой библиотеке не было никакой надежды на спасение. Лучше уйти самой. Но он решил идти до конца. Ради сына. Ради всего святого.

  Ребенок проснулся.

  -Пап, а какие книги были раньше?
  -Всякие. Раньше их было много
  -А были книги, где не нужно самому придумывать смысл?
  -Да

  Их стол стоит в укромном месте. Сколько им ещё тут сидеть? Библиотека "дорога". Когда-то очаг культуры, а теперь пепелище. Пристанище опустившихся книголюбов.

  -На, попей
  -Пронеси чашу сию мимо меня
  -Где ты такого начитался?
  -В разорванном комиксе в прошлом зале. Пап, а может мы с тобой как бог-отец и бог-сын?
  -Ерунда

  Из мрака библиотеки выделились две тени. С вожделением смотрели на книгу в руках у мальчика. Один сглотнул слюну. Отец направил ружье.

  -Проваливайте!
  -Дай нам хоть несколько страниц
  -Убирайтесь

  Их пристанище обнаружили. Нужно перейти в другой зал. Ребенок с трудом держался на ногах. В угнетающем сером тумане блеснули приближающиеся очки одного из оборванцев. Отец выстрелил.

  -Папа, это были книгоеды?
  -Да, не смотри на них
  -Нужно было с ними поделиться. Они ведь тоже хотят почитать
  -Нет. Тогда нам не хватит

  Разместились на новом месте. Достал из тележки спички, посветил, осторожно прикрывая рукой слабое пламя. От холода у ребенка дрожали руки и ему трудно было держать книгу. Глаза слезились от напряжения и пыли, которая была повсюду.

  -Папа, а правда, что мы несём огонь?
  -Да
  -А можно я зажгу свой, чтобы согреться и увидеть то, что читаю?
  -Нет, это для всего человечества. Читай в темноте
  -А твой огонь?
  -Это ружьё. Чтобы защищать нас

  Ребенок снова принялся за книгу. Отец прилёг, разрядил ружьё, завернулся в полиэтилен. Чертов полиэтилен. Если бы не он, чтение было бы в два раза короче.

  -Папа, а почему эта книга такая тяжелая?
  -Это постапокалиптическая литература
  -Нет, я имею в виду - по весу
  -Отдохни немного

  Пошел поискать другие книги. Нигде ничего не было. Страницы каких-то разорванных глянцевых журналов, которыми пользовались не по назначению. Возле дальних стеллажей группа книгоедов насиловала библиотекаря. Она рассказывала им по памяти то, что прочла в молодости. Насильники требовали от неё одной истории в день. Рассказов оставалось всё меньше. Отец быстро вернулся к столу сына.

  -Папа, мне кажется - это просто киносценарий. Здесь нет смысла, только картинки.
  -Там только текст
  -Я в метафорическом смысле
  -Читай дальше

  Ребенок уснул. Укрыл полиэтиленом. Сел неподалёку. Нужно, чтобы мальчик дочитал до конца. От холода стучали зубы. Болела голова, тошнило. Больше не мог держать глаза открытыми.

  -Папа, я уже читаю эпилог
  -Хорошо

  С трудом раскрыл глаза. Встал. Отошел в сторонку. Вырвал на стеллаж с надписью "мировая литература". Прикрыл полиэтиленом. Кое-как вернулся. Дышать было всё тяжелее. Голова горела. Лёг, закрыл глаза.

  -Папа, я дочитал. Я всё понял, я тоже хочу быть писателем. Мне есть что сказать людям, но я скажу иначе. Папа, слышишь? Проснись! От моего огня загорелась библиотека. Папа, бежим!
  Папа!

  
  Нет дороги окончанья,
  Есть зато ее итог,
  Дороги трудны, но хуже без дорог.
  (с)

  96 понравилось

  57

  3K