Рецензия на книгу

• 

  olastr20 января 2013 г.

  Да простят меня поклонники Торнтона Уайлдера, но мне было нестерпимо скучно его читать, и я все время проверяла, сколько еще осталось, когда же это кончится. Какой он жуткий зануда. Скажите на милость, зачем мне знать, какой птеродактиль жил на болотах, где потом образовался Коултаун? Как это помогает проследить траекторию полета пули, угодившей в голову Брекенриджа Лансинга? Зачем мне эти высокопарные сентенции, это пережевывание каждого жеста героя, объяснение каждого шага? А вдруг читатель не поймет? Поймет, на то мозги ему и дадены.

  Я не против философствования в романах, наоборот, я его люблю, но что-то раздражало меня в подаче материала в «Восьмом дне». Тон проповеди, что ли?  Уайлдер где-то в романе говорит, что молодости «свойственно создавать идеал так же неуклонно и упорно, как Bombyx mori выделяет шелковое волокно», а я люблю, когда герои книги философствуют так же естественно, «как Bombyx mori выделяет шелковое волокно». Уайлдер, когда собирается сказать что-то значительное, отодвигает всех в сторону, взбирается на воображаемую кафедру, прокашливается и начинает говорить о том, «как космические корабли бороздят просторы Вселенной». В итоге, для развлекательной книги в «Восьмом дне» слишком много занудства, для философской – перебор с бытовыми и семейными подробностями. Я бы отделила мух от котлет.

  С точки зрения сюжета, все не плохо: два довольно милых семейства, завязанных в трагической коллизии, их история, рост, нестандартный образ мышления, переплетение судеб. Развитие русской темы мне понравилось, а наибольшее сочувствие из всех героев вызвал неуравновешенный Джордж Брекенридж. А его метод изучения русского языка просто изумителен! Поддерживать интерес к грядущей развязке у автора получается хорошо. Правда, где-то с середины книги, ответ на мучающий всех вопрос становится все очевидней, но это не снимает напряжения, ведь важно не только «кто это сделал», но и «как». Честно говоря, пафос в конце опять слегка раздражил, но пришлось принять его как особенность авторского стиля. И да грядет «день восьмой»!

  31

  395