Рецензия на книгу

• 

  Meki19 августа 2021 г.

  Сломанная косточка

  Альбертина была сиротой, родившейся в Алжире в 1937 году. В приюте она звалась Альбертиной Дамьен, в приемной семье её окрестили Анной-Марией. У этой девушки была не самая лёгкая жизнь, не самая красивая, не самая приятная, но она познала невероятную любовь. Аннотация к этой книге зацепила меня тут же и я не раздумывая купила книгу, но добиралась я до неё долгие годы.

  Невозможно не прочитать вступительные слова Патти Смит перед исповедью Альбертины. От этих слов загорается какое-то предвкушение странного наслаждения чужой историей жизни. Ждешь чего-то невероятного, пронзительного, искреннего и печального. Всё это я нашла на страницах книги, но оно омрачилось невероятным количеством грязи, покрывавшей жизнь Альбертины. Я читала страницу за страницей и всё искала, что же такое увидела в Альбертине Патти Смит? Чем она её так зацепила? Чем так вдохновила? За что Патти Смит полюбила её настолько? Но, наверное, у каждого человека свое вдохновение, не всегда понятное другому. 

  Альбертина, как та сломанная косточка. Астрагаль. Для меня она осталась сломанной, не подлежащей восстановлению. Такой же сломанной была её жизнь, её дружба, её любовь. И мне не было жаль, ведь постоянно казалось, что она сама не хочет быть целой, другой и жить как-то иначе. Альбертина просто такая как есть.

  Но я с интересом следила за жизнью Альбертины. Она сбежала из тюрьмы, совершенно безрассудно рискуя здоровьем и жизнью, потому что ждать встречи с подругой больше не было сил, а потом оказалось, что эта подруга уже пережиток прошлого и её любовь не нужна, если это вообще было любовью. Встреча с Жюльеном, казалось, должна была стать какой-то чертой, означающей начало новой жизни. Но стала ли?

  
  Я обеими руками обхватила Жюльена за плечи. Так началась моя новая жизнь.

  С первого же взгляда какая-то неожиданная нежность, понимание с полуслова, необъяснимая привязанность. Я удивлялась этому ещё больше от понимания, что это ведь действительно было. Их тянуло друг к другу с невероятной силой с первой секунды. А он поразил меня своим желанием помочь - он ведь совершенно не знал эту девушку, но бросился её спасать, прятать, лечить. Как много людей станет рисковать всем ради незнакомки и так тратиться из-за неё?

  Жизнь Альбертины после побега стала жизнью на свободе, но всё равно в заперти. Были недели у матери Жюльена, невозможно долгое время у Нини и Пьера, а потом и Анни. Меня не так и удивляли эти люди, такие же грязные, как и всё вокруг Альбертины. Все они как паразиты. Все вокруг это осознают и всем вокруг на это плевать. Даже далекий от преступного мира Жан, который стал не последним человеком в тот период жизни Альбертины, прекрасно видел эту паразитную сущность, но был совершенно не против. Это какая-то странная особенность мира Альбертины - все видят тебя насквозь и знают, чего от тебя ждать, но любят, дружат, надеятся и доверяют в пределах разумного. 

  Я не понимаю любви Жюльена и Альбертины. Она странная, больная и тяжёлая. Они невероятно быстро стали друг для друга всем, но при этом всё равно оставались одиночками. Они говорили такие слова, говорили о любви, они держались друг за друга, цеплялись всеми способами, но всё равно бежали друг от друга. Хотели быть вместе, но были с другими. Им обоим как будто было не важно, где и с кем был любимый человек, когда они не рядом друг с другом. Меня иногда поражало, откуда такие слова, если они будто любят на расстоянии и постоянно предают друг друга, по крайней мере физически. Но они любили, любили по-своему, странно и необъяснимо. Наверное, в таком мире не всегда можно любить по-другому, наверное, там любовь в принципе видишь и понимаешь по-другому. 

  
  

  • Какая разница, Анна, пойми, для меня есть только ты. Не верь никому и ничему, ты одна-единственная.

    Совершенно непонятное и далёкое от меня отношение к жизни и любви. Столько грязи. Столько непонятных чувств. Проституция, воровство, сомнительные знакомства, тюрьма - всё это для Альбертины совершенно нормально, просто очередной день. Но Альбертина невероятно искренняя, с такой простотой описывает эту тёмную сторону Парижа, свою боль и какую-то безысходность, что хочешь читать дальше и дольше, узнать, что же произошло, как они всё это пережили и как жили те 10 лет, что им отвела жизнь. Я знаю, что есть ещё две книги и мне искренне жаль, что я не смогла их найти. С огромной радостью я прочитала бы и письма, что Альбертина писала Жюльену в те самые три месяца. 

  • Не знаю, - продолжал он, - не знаю куда, но мы с тобой пойдём вместе и будем идти долго-долго...

    Долго-долго так и не вышло.

  53

  309