Рецензия на книгу

• 

  v_dolm15 января 2013 г.

  (Спойлер)

  Первая книга Виана, которую я прочитала. Сложно пока дать прогноз - возьмусь ли я в скором времени за другие произведения этого автора. Сейчас, едва закрыв книгу, прочитав ее последние строки, я думаю, что он слишком ярок, незабываем и поразителен, чтобы читать его часто.

  Попробую уяснить для себя некоторые моменты. Для начала хочется отметить блестящий язык - поэтичный, яркий. В одной из рецензий на этом сайте я увидела определение "Виан - это Дали от литературы". Определенно, они похожи. Но, если прибегать к аналогиям из изобразительного искусства, я бы еще вспомнила и Магритта. Более сведущие в живописи, пожалуй, дополнят этот список именами других сюрреалистов.

  Отдельное спасибо переводчику, за то, что авторский стиль не остался загублен.

  Первое, что хочется сказать, начав читать "Красную траву", - "Что вообще происходит?". Действительно, непонятно, в чем конфликт, кем друг другу являются герои. Тем не менее, описание внешности и их имена дают некоторые подсказки. Главный персонаж Вольф, действительно, какой-то хищный, хотя не делает ничего кровожадного (я не про финал). Ляпис - простой и хлесткий, Лиль - звонкая и прозрачная, а Хмельмая - молодая, вся плотская, земная, от природы (не случайно, наверное, она часто лежит на земле. Еще - не знаю почему - ее имя всю дорогу ассоциировалось у меня с названием какого-нибудь растения).

  Мне очень понравился мир, который описал Виан. Поясню, что я не испытала восторга перед его кошмарами. Мне понравилась его цельность и оригинальность - как авторской задумки. О нем по ходу книги становится известно много. В нем есть определенные традиции, игры, магия, а еще - ужасающая жестокость (например, парад сильных мира сего, игра в кровянку). Но, при всем ужасе, мир гармоничен, в какие-то моменты даже немного привлекателен (например, когда автор описывает природу - сильную, самостоятельную, живущую своей жизнью, наполненную ветром и характеризующуюся сильными волевыми глаголами типа "поглотила", "содрогнулась"). Короче говоря, во всю правит эстетика безобразного.

  Интересно, что в воспоминаниях Вольфа мир выглядит вполне привычным нам, и это дает право предположить, что Виан описывал далекое будущее.

  Воспоминания Вольфа временами казались мне чересчур сложными, то есть, не для понимания, а сложными для него самого. Он выстроил утрированно-сложные объяснения своих поступков, принципов, убеждений. Однако к финалу книги стало понятно, что эта сложность неслучайна. Под ее весом он и не смог устоять, предпочтя "идеальную" по его мнению форму существования.

  Сразу попробую объяснить саму красную траву. В ходе написания рецензии у меня возникла гипотеза, согласно которой она - это "проросшие" воспоминания. Они же дали ей и своеобразный цвет, ведь конденсат в машине - красный, с отливом в черный. Но это гипотеза спорная, рожденная из желания объяснить смысл ключевого образа, вынесенного в название. Трава эта существовала, вроде как, и до изобретения машины. Впрочем, это непонятно.

  Вернусь к героям. Оба мужчины погибают, и в финале неожиданно появляется тема противопоставления мужчин женщинам, в итоге вытекающая в вывод о слабости и ненужности умных мужчин, да и мужчин в принципе.

  И, если мне было понятно, почему погиб Вольф, то с Ляписом все сложнее. Его навязчивое безумие объяснить не так-то просто. Как вариант, он столь благоговейно относился к Хмельмае, что не мог преодолеть барьер между платонической и физической любовью. Порезав незваных гостей, он оказался ранен сам, а, следовательно, все они были его неотъемлемыми частями, его мороками, его "грузом". Почему же его поразила молния? Если брать литературную традицию - это кара высших сил. Но что подразумевал Виан? Наверное, это пока останется для меня не проясненным.

  Читая даже самые первые страницы этого произведения, я чувствовала, что мне противно, неприятно и жутко, и я теперь понимаю почему: все герои бесчувственны, у них нет никакой привязанности ни к чему-то, ни к кому-то. Лиль говорит пошлые любовные фразочки, вроде "А как же я?", Вольф картинно валит ее на землю. Хмельмая становится эмоциональной, только когда заходит речь о чувственных наслаждениях. Особняком в этом плане стоят Ляпис и сенатор. Последний как раз достиг апогея привязанности, обретя гавиана. Таким образом, даже положительные эмоции Виан доводит до абсурда. Увы, мир, по его мнению, крайне жесток и холоден.

  9

  127