Рецензия на книгу

• 

  Evangella

  15 августа 2021

  Мы живем в свободной стране.
  Пойди поищи ее, свободу. Мне один говорил: сколько у тебя есть в кармане, на столько у тебя и свободы.

  Этот читальский год у меня проходит в активном перечитывании того, что проглотила еще в раннем подростковом возрасте.
  Гроздья гнева история о временах Великой депрессии в США. 30-е годы прошлого столетия во всем мире ознаменовались сломом общественных устоявшихся формаций. На место простого ручного труда в компании с лошадкой и плугом пришли машины. Один трактор способен за короткий срок вспахать участок земли на котором раньше работало не покладая рук 30-40 семей. Всплеск потребления и продаж в Европу во время Первой Мировой Войны сменился упадком после её окончания. Наступил всеобщий масштабный трындец.
  

  В нашей стране 30-е годы стали периодом коллективизации. На нее ругаются и до сих пор вспоминают разными непечатными словами, но руководители тех лет пытались поменять методы работы на земле, как умели. Это только на словах каждый знает, как правильно и как надо, а на деле дальше пустой болтовни и озлобления не идет. У меня самой один из прадедушек был два раза раскулачен и сильно не хотел идти в колхоз, ведь он буквально воспринял лозунги большевиков про фабрики рабочим, земля крестьянам. Но к сожалению в условиях мечты о построении социального государства по-иному было не выжить.
  Стейнбек дает нам картину того, как происходили подобные изменения при капитализме. И знаете, банальная фраза, но хрен редьки не слаще.
  Дело поначалу происходит в восточных штатах, которые вообще-то при правильном переводе являются государствами, Соединенные Государства Америки, каждый штат со своими законами и погранично-таможенными пунктами, что прекрасно показано у Стейнбека, когда при пересечении границ очередного штата наших героев обыскивают на предмет запрещенных к ввозу овощей-фркутов и семян.
  Давным-давно на эти земли пришли белые люди, отжали землю у индейцев и стали собственниками небольших участков земли. Ежегодно сажая хлопок и кукурузу, вконец истощили землю, плюс наступили засушливые времена. Пришлось обращаться в банки за ссудой, которую вовремя выплатить смогли лишь единицы и земля отошла в собственность банков, превращая бывших владельцев в арендаторов с птичьими правами. Население было экономически безграмотное, если что и читало, то только религиозные книжки с Библией во главе, но ведению хозяйства это не сильно помогало. Поэтому когда начался век машин, то для обывателей стало большим сюрпризом, что их выгоняют с обжитых земель, которые они почему-то до сих пор считали своими, несмотря на подписанные документы о передаче собственности. Единицы из тех, кто умел водить машину, шли работать трактористами и им обещали неплохие премии, если при вспашке земли они якобы случайно задевали дома и прочие постройки. А жаловаться выгнанным фермерам некому, земля им больше не принадлежала. Попутно ушлые люди из западных штатов, особенно из Калифорнии, начали раздавать листовки с обещанием райских условий и высокой заработной платы на сборе урожая. Народ, предчувствуя голод и уже осознав прелести безработицы, продавал вещички за бесценок, покупал дешевые развалюшки-машины и с самым необходимым устремлялся в калифорнийскую землю обетованную.
  Вот как раз об одном семействе и пойдет речь в романе Джона Стейнбека.
  Том Джоуд возвращается после отсидки в тюрьме за убийство человека. Это парень незлобный, убил он вынужденно, то была чистая самооборона, убитый первый ударил его ножом. За четыре года все изменилось, дом оказался заброшен, а семья временно жила у дяди и собиралась в Калифорнию. Сам Том, отец, мать, дед с бабкой, три брата и две сестры, одна из них замужем и вынашивает ребенка.
  Как пройдут сборы, что ждет этих людей в пути, как их встретят в новых местах. Все это удивительно проникновенно покажет автор. Рассказ чередуется. Одна глава про семейство Джоудов, следующая про общее положение в стране и непростую судьбу обычного люда.
  У Стейнбека получается показать характер каждого человека, проникнуть в его образ мыслей и обосновать постепенные изменения. В сложных условиях таких масштабных перемен выживают не все. Кто-то не сможет смириться с расставанием с домом. Ведь это не просто земля, это место, где несколько поколений жили твои предки, где родился ты сам и твои дети, где влюблялся, где радовался и страдал, где знаком каждый клочок поля, каждый ручеек. Ты сам часть этой земли. И вот приходится вынужденно покидать родные места.
  Социалка у автора на каждом шагу. Он ярко показывает, что разные люди и выживать пытаются каждый по-своему, кто-то зарабатывает на горе других, а кто-то доверчиво верит пройдохам, обещающим золотые горы.
  Взять пример с этими зазывающими листовками из Калифорнии. Схема оказалась убийственно проста и цинична, но наши персонажи до последнего не могли поверить, что кто-то способен так подло обманывать потерявших все людей. На сбор урожая требуется определенное количество рабочих, если придет устраиваться меньшее число, то надо будет платить им ту цену, что они назовут. Ведь если овощи-фрукты не собрать вовремя, то они сгниют и шиш тебе без масла, а не прибыль. Но если вместо нужных 1000 человек придет 10 000, то тогда уж хозяин барин, назначай самую низкую плату, все равно не откажутся, ведь голодные семьи надо кормить. Если же кто начинал требовать честной платы и заранее озвученных цифр по оплате, то его тут же объявляли бунтовщиком и красным коммунистом, под грязные рученьки и в тюрьму.
  Люди в условиях антисанитарии ютились в стихийных лагерях, местные их сгоняли и даже поджигали жалкие лачуги из картона и прочей рухляди. Им тоже было страшно от вида этих сотен тысяч голодных мигрантов. Вот работаешь ты клерком или торгуешь в лавочке, получаешь пусть небольшие, но стабильные деньги, а вдруг эти оборванцы отберут у тебя место, соглашаясь на гораздо меньшую зарплату?
  Стейнбек живописует сущий ад, особенно жутко становится в финале. Да, через несколько лет дела немного наладятся, когда федеральное правительство придет в себя и запустит программы по улучшению инфраструктуры для занятости всех голодающих масс, а там и Вторая Мировая война подоспеет и снова появится нужда в сельхоз продукции и прочих товарах для воюющих стран. Не все доживут до тех благословенных времен (как говорится, кому война, а кому мать родна, эх...) Часто слышала, что статистика особо больших жертв Великой депрессии не показывает, но в реальности люди умирали пачками и большинство закапывали без участия властей, т. к. похоронить человека официально стоило уйму средств.
  Короче, кругом тлен и безысходность.
  Видно, что автор пропитан идеями социальными и в некоторых главах показывает чуть ли не идеальную самоорганизацию правительственного лагеря для мигрантов, смахивающего на некое подобие коммуны. В других лагерях возникают очаги бунта и забастовок, но настоящих буйных мало, вот и нету вожаков. Подобные выкрутасы заканчивались быстро с помощью местной полиции и добровольцев, кого в тюрьму, кого на погост, кого по голове тяжелым предметом. Испуганные русской революцией, консерваторы на американских просторах не церемонились.
  Чтение моментами жутенькое, но атмосферное. А еще у Стейнбека потрясающе ироничный и злой сарказм, он с таким жестоким правдивым юмором описывает некоторые общественные явления. Но юмор этот очень чёрен и страшен.
  
  – Плохо мне, – сказал он. – Чувствую, опять согрешу.
  – Не согрешишь, – сказал отец. – Денег-то нет. Крепись. Грех обойдется доллара в два, не меньше, а где их сейчас возьмешь?
  – Да, верно… Только у меня и мысли грешные.
  – Ну что ж. Это можно и бесплатно.
  – Все равно грех, – сказал дядя Джон.
  – Зато дешево, – сказал отец.Не высший балл только за логичный, но оборванный финал, я ж теперь опять, как и в ранней юности буду переживать о дальнейшей судьбе героев)

  33 понравилось

  2

  734