Рецензия на книгу

• 

  Toccata14 января 2013 г.

  ...We will not witness this anymore.
  This is the end for you my friend.
  I can't forgive, I won't forget...
  

  Одно из самых блестящих, самых хлестких произведений, прочитанных когда-либо. Так сразу и не отроешь в читательской памяти что-нибудь ему в пример… Почему-то просится Апдайк. Не из-за блеска, нет. Но из-за хлесткости. И, пожалуй, того особого настроения, присущего книгам обоих авторов и вообще, по-моему, американским романам: это беззаботность, циничная порой беззаботность, зачастую только внешняя, это откровенность на грани грубости, это чуть что – долгая поездка на Запад в попытке привести себя в порядок, сладить с миром и собой, благо, масштабы страны позволяют… Вот ощущения этого при чтении американской литературы меня не покидают, что мне в ней очень нравится, за что ее люблю.

  Каково само название-то, а! «Вся королевская рать»! Звучит! Оно словно сорвалось с уст самого Джека Бёрдена с его бессменной иронией, а может, с уст Сэди Бёрк, язычок у которой был тоже что надо. Сам роман – прагматичный, предельно «выдержанный»: его содержание подобно крепкому алкогольному напитку, который жжет глотку, но не пьянит, а, напротив, отрезвляет. Здесь никто и не пьян политикой, здесь дельцы, у которых тоже паралич, паралич души, совести (не буду спойлерить, почему «тоже»), а нужду свою – нужду в политической деятельности – они справляют, кажется, тоже уже произвольно, совершенно естественно, у них нет, кажется, потребностей и интересов кроме.

  Такой оголтелой обнаженностью и прямотой автор и подкупает. Как подкупает его рассказчик, Джек Бёрден. Он репортер, но и историк – чтит истину. Он ведь вполне себе циник, Джек Бёрден. Удивительно, как он пришелся мне по душе! Подкупил, опять же, своей честностью. Хотя нет. «Подкупил» - слово из лексикона старого Джека Бёрдена. Я верю в обновленного Джека Бёрдена. Или пусть он будет похож на Джека Бёрдена в юности, на птичку Джеки. (Лирическая, романтическая «Седьмая глава» тем прекраснее, чем строже в этом плане все остальные части. Тут я встретила, наверно, лучшее определение любви из некогда попадавшихся на глаза.)

  Повторюсь: блестяще. И поучительно. Не имею ничего против блестяще поучительных книг. Вне всяких сомнений заслуженная Пулитцеровская премия 1947 года.

  Приходят на ум неизбежно и другие песни Anti-flag – «The press corps» (применительно к роду деятельности рассказчика) и «The bright lights of America»: «To live and die in the heart of America / where they sell souls…»

  44

  310