Рецензия на книгу

• 

  LoughridgeNaething12 июля 2021 г.

  Ибо кто, кроме вас...

  ...

  
  , оградит землю эту...

  -
  цитирует один из жильцов изразцовой комнаты отрывок из книги по археологии, не подозревая, чем конкретно для каждого их них обернется надвигающаяся сестра печали, а если быть точнее - война. Именно война в этой книге получила такое романтическое определение - сестра печали с очень точным добавлением - "горька вода в колодцах ее".
  Четыре друга-детдомовца - герои данного произведения: Гришка, Костя, Володька и Толя, от имени последнего и ведется рассказ о предвоенном и военном времени, ну и кратко - о послевоенном. Перед войной - это студенты техникума, прежде работавшие на заводе. Дружат они еще с детдома, куда каждый попал с улицы, беспризорничая. И они были благодарны государству, что оно сделало из них людей. Поэтому Гришка и пошел на финскую. Очень непонятно отношение директора техникума к гибели Григория и его похоронам и фраза, что чествовать надо живых героев, а неизбежные потери на то они и неизбежные. Поразительно, а ведь в жизни оно так и есть: весь почет и слава - выжившим, а погибшим - в лучшем случае минута молчания, одна на всех.
  Поскольку главным героям - в районе 22-х лет, то как же без влюбленности, любви и всех тех событий и переживаний, которые обычно сопровождают подобные чувства?! Поэтому все это здесь есть. И "прозрачная жизнь" Кости, когда он знакомился с очередной интеллигентной девушкой и полный отказ от такой жизни, когда с девушкой расставался. И любовь Толи, первая, так и оставшаяся юношеской - ей не суждено было развиться ни во что иное, т.к. ей помешала война... И дружба с Люсендой, ставшая впоследствии любовью... И над всем этим - война, сестра печали... А ведь некоторые из ребят так и не успели влюбиться... От них останутся картинки над кроватями (последние сразу же и увезут) - идущий вперед в поисках оазиса караван верблюдов, корабль над другой, и цитаты, выписанные на двери шкафа в комнате, в которой жили - немного и недолговечно...
  И еще один герой в этом произведении - Ленинград... Васильевский остров, его проспекты (кстати, получившие негласно новые названия от Толика), дома...
  

  
  Город был моим старым другом, и он все время чем-то потихоньку полегоньку помогал мне. Он не вмешивался в мои печали - он молча брал их на себя

  Ленинград блокадный... Автор не выжимает слезу у читателя, он просто показывает весь тот ужас, с которым столкнулось человечество, жители города... И погибали там не только от голода...
  Когда я еду в какой-нибудь город, стараюсь выбрать на этот период книгу, чтобы действие происходило в том же городе. Поскольку ехала в Питер, выбор напросился сам собой. И вот рассматривая экспонаты военного музея в Царском селе и в самом Царском селе, обращаю внимание на фотографии немецких офицеров, участвовавших в военном безобразии и ужасе. Что меня поражает, так это то, что их лица обезображены интеллектом. Что же это за люди такие? - невольно возникает вопрос. И тут же добавляю: "А люди ли?"
  

  
  От того, что я не видел, как ее убило, и даже не знаю, где она похоронена, я не могу представить себе ее мертвой, я помню ее только живую. Она живет в моей памяти, и когда меня не станет, ее не станет вместе со мной. Мы умрем в один и тот же миг, будто убитые одной молнией.
  И в этот миг для нас кончится война

  14

  872