Рецензия на книгу

• 

  mallin13 июня 2021 г.

  Произведения о природе и путешествиях я очень люблю и обычно прочитываю их одним махом, не растягивая надолго. Но конкретно с этой маленькой по объему книгой что-то пошло не так - я мусолила её дня три, то откладывая на "когда-нибудь потом", то снова берясь дочитывать с надеждой, что ситуация потихоньку исправится, и я вот-вот проникнусь духом исследования. Но увы, так и не прониклась. Наверное, слишком накрутила себя ожиданиями чего-то похожего на книги Джеральда Даррелла, которого с детства нежно люблю, или Николая Николаевича Дроздова, или массы других прочитанных ранее писателей, произведения которых просто лучились любовью ко всему живому. У Аркадия Фидлера я этой любви, к сожалению, не заметила. Он постоянно пишет о том, как убил то или иное животное, оправдывая это работой, но при этом осуждает местных жителей, которые выращивают дома зверей для собственного пропитания. Как по мне, это немного отдаёт лицемерием. И если уж ты действительно так сильно любишь животных, то вряд ли станешь соглашаться на работу, предполагающую хладнокровное и массовое их убийство, а то получается немного странно: сначала автор половину главы восхищается, например, крохотными птичками колибри, а потом вдруг красочно описывает, как расстреливает их десятками из дробовика. Я уж молчу про едва не убитого из-за чужих глупых суеверий дельфина, который Фидлеру даже для коллекции не был нужен. Но самыми тягостными, наверное, для меня всё же стали моменты, посвящённые собранному им маленькому зоопарку: начиналось всё вроде бы с милоты про анаконду, неожиданно подружившуюся с цыплёнком, который изначально должен был стать её едой, а закончилось внезапной жестью в виде убийства этой самой анаконды из-за глупости автора, пожелавшего сфотографироваться с ней в обнимку. Вы меня, конечно, извините, но любовь к животным я себе несколько иначе представляю.

  Вообще фиксация Аркадия Фидлера на негативных сторонах путешествия по Амазонке удивляла меня на протяжении всей книги. Противопоставление "тропического рая" и "зелёного ада" как-то уж слишком сильно склонило чашу весов в сторону последнего, хотя автор, насколько я поняла, ездил в тропики уже не в первый раз и был морально готов к тому, что там встретит, да и ничего такого жуткого с ним по итогу не произошло, раз он вернулся оттуда живым и здоровым. Но это уже его субъективные впечатления, на которые к тому же повлияла тоска по умершей дочери и жизнь практически в изоляции посреди лесной глуши, так что, в принципе, можно понять, почему ему так тяжело далась эта поездка.

  Ещё автор много и, на мой взгляд, излишне подробно рассказывает о безжалостных завоевателях этого края, массово вырезавших местное население ради наживы; о знаменитой каучуковой лихорадке, сначала сказочно обогатившей, а потом дочиста разорившей местных дельцов; о циничных колонизаторах, использующих всё население берегов Амазонки фактически на положении рабов; о продаже местных детей за гроши всем, кто будет готов купить их в качестве слуг, а высушенных голов мёртвых индейцев - наоборот, за немалые деньги и только богачам. Из-за этого книга местами больше напоминает университетскую лекцию по истории или выдержки из энциклопедического справочника. Этому способствует и очень небрежная работа редактора: он почему-то поленился расшифровать или хотя бы продублировать латиницей встречающиеся в тексте многочисленные названия зверей и растений на местном диалекте, приглашённая же рецензент-географ явно обращала больше внимания на названия рек и городов, чем на ботанико-зоологические детали, а встречающиеся периодически то ли ошибки, то ли описки автора исправлялись очень выборочно и почему-то в сносках, а не прямо в тексте (стада обезьян, тангара вместо танагры и мамон с сумаумой, описанные как одно растение, хотя это совершенно разные деревья, особенно ранили мои естественно-научные чувства).

  В целом, нельзя сказать, что книга мне совсем уж не понравилась: местами было действительно интересно, местами познавательно, некоторые истории, вроде умирающего от малярии эмигранта из Эстонии или трогательного прощания с ручной обезьяной, задели за живое, но любовью к произведению я, увы, так и не смогла проникнуться. После него мне лишь сильнее захотелось перечитать книги авторов, которые не пытаются, как сам Фидлер выразился, "подчинить природу".

  15

  152