Рецензия на книгу
Stoner
John Williams
TeonaBurdiashvili12 июня 2021 г.Жизнь, как она есть
21 век смело можно назвать временем общепринятых стереотипов. Еще с самого рождения нам внушают определённый стиль жизни, которому должны следовать все, чтобы стать успешным и не слиться с серой толпой. Подобный образ жизни мастерски показал Феллини в своей «Сладкой жизни», где главному герою отведана роль светского обольстителя. Обласканный аристократией и богемой приходит к пониманию, что его жизнь сплошная бутафория и все суета сует. В отличии от Марчелло Рубини из киноленты Феллини Стоунер откроет читателю свой мир, совершенно обычный и ничем непримечательный. Джон Уильямс заставляет своего читателю взглянуть на свою жизнь в зеркальном отражении и задуматься над главными вопросами бытия. Сюжет книги весьма не замысловат и не закручен. Главный герой будучи студентом сельскохозяйственного факультета вдруг обнаруживает страсть к английской литературе и решает посвятить свою жизнь университету. В начале романе Джон Уильямс открывает все карты читателю и в нескольких предложениях умешает надгробную эпитафию Стоунера:
"Студент, случайно натолкнувшись на это имя, может вяло поинтересоваться, кто такой был этот Уильям Стоунер, но вряд ли его любопытство пойдет дальше вопроса, заданного мимоходом. Преподаватели, не особенно ценившие Стоунера при жизни, сейчас редко о нем говорят; пожилым его имя напоминает о конце, который их всех ждет, для более молодых это всего-навсего имя, звук, не пробуждающий воспоминаний и не вызывающий из небытия личность, с которой они могли бы ассоциировать себя или свою карьеру".После прочтения книги вырисовывается весьма интересный факт: оказывается в большинстве из нас живет стоунерский синдром. Он немного перекликается на нашу «базаровщину», но не совсем. Жизнь главного героя скорее можно охарактеризовать как духовную апатию и бесстрастность к живой жизни. Жизнь каждого человека уникальна и неповторима, но отнюдь не каждый оставляет за собой великие свершения. Но согласитесь если бы каждый человек был бы велик, то все были бы одинаковые, стало быть и величия бы не было. Знаменитая французская писательница Анна Гевальда писала: «Стоунер – это я», а если расширить эту мысль, то выясниться, людям проще плыть по течению реки и оставаться в «платоновской пещере», нежели бороться за эфемерное счастье. И тут мы сталкиваемся с жизненными коллизиями и каждый наверно в душе задаст вопрос – «а моя жизнь со стороны тоже похоже на Стоунера?» и это весьма правильный вопрос, который побуждает в нас открыть потаенные стороны нашей души. Достаточно проанализировать свой один день и ответ не заставит долго себя ждать. Подавляющее большинство людей, особенно, те кто живут в мегаполисах увидели бы в жизни главного героя самого себя. Но самое парадоксальное то что многим – такая вяло-текущая жизнь и казалось бы ничем не обременённая жизнь вполне устраивает. С одной стороны, читателю личность Стоунера кажется незаурядным – нашел свое призвание, обзавелся семьей и даже написал пару научных книг. Пусть он не был счастлив любви, но продолжал вдохновляться любимым делом. С другой стороны, наверно каждый из нас при прочтении в душе сказал бы: а какой смысл жизни был у Стоунера? Родился – учился-работал-женился-умер. В его биографии не было ничего особенного – ни подвигов, ни власти, ни вечной и всепоглощающей любви. Была страсть, но она улетучилась от него. Была любовь к дочери – но он всецело отдавал себя литературе и призванию. Был брак – но на была обречена. Любая человеческая душа имеет ценность и нельзя утверждать, что жизнь главного героя не удалась. Он был счастлив по- своему и большего счастья ему не нужно было. Он не искал приключений и не нуждался в помощи. Жизнь его захлёстывала и всасывала в свои щипцы, а он словно окаменевший истукан не желал ничего замечать вокруг себя. Даже от войны от казался ради науки и преподавания. Роман Джона Уильямса отражает всеми нам известный чеховский стиль – ничего значимого в романе не происходит, жизнь протекает как река – тихо, без извилин и неизменно. Мы видим как Стоунер растушевался с этой бесформенной жизнью, который он сам соткал, но стоило ли ему забыться горестью? Конечно – нет! В отличии от Мартина Идена не покончил жизнь самоубийством и продолжал служить своего призванию до конца своих дней. Разве этого не мало? Если человек не кричит о своем счастье, это вовсе не значит, что ему пора умирать. Безусловно счастье является неотъемлемой частью человека и к нему должны стремиться люди чтобы познать себя и свою душу, это один из самых прекрасных сценариев. Но Джон Уильямс хотел сказать нам всем совсем другое. Человек не измеряется ни подвигами, ни властью, ни личными достижениями, он гораздо шире и глубже всего земного. Люди, как и сам Стоунер не герои американских комиксов, на него не возлагалась миссия по спасению рода человеческого. Но мир не состоит только из героев, он состоит из таких людей как Стоунер, и каждый достоин чтобы его жизнь была напечатана в книге. Возможно вы возразите и скажите, что он не боролся за свое счастье и делал много ошибок. Но покажите мне человека, который никогда в жизни не совершал ошибок? И пожалуй самое главное, что к концу жизни он осознает свою возможно не совсем создающуюся жизнь:
Он достиг той поры существования, когда перед ним встал и делался все более настоятельным вопрос, до того ошеломляющий в своей простоте, что он не знал, как ему с этим вопросом быть. Имеет ли его жизнь сейчас какой-нибудь значимый смысл? Имела ли в прошлом? Он подозревал, что этот вопрос на том или ином этапе жизни встает перед каждым, но сомневался, что перед многими он встает с такой безличной, над человеческой силой. Вопрос нес с собой печаль, но это была общая печаль, мало связанная, думалось ему, с его личностью или судьбой; он даже не был уверен, что поводом к этим мыслям послужили события, сделавшие его жизнь такой, какой она стала. Они возникли, полагал он, из-за приращения лет, их породила плотность событий и обстоятельств, дополненных всем тем, что он понял в произошедшем и что из него вынес. Он испытывал мрачное и ироническое удовольствие, говоря себе, что все те скромные познания, какие он приобрел, возможно, ведут к заключению, что в конечном счете все на свете, включая даже сами познания, позволившие ему понять это, бесплодно и пусто и в итоге сводится к вечному, неизменному нулю.
Бесстрастно, объективно он вгляделся в свою жизнь, и она показалась ему неудачной во всем. Он хотел дружбы, близкой дружбы, способной сделать его частью рода человеческого; у него было двое друзей, из которых один бессмысленно погиб, ничего не успев, а другой так отдалился сейчас, так глубоко погрузился в мир живых, что... Он хотел брака с его определенностью выбора, с его тихой связующей страстностью; он получил и это, но, получив, не знал, что с этим делать, и все погибло. Он хотел любви, и у него была любовь, но он ее не удержал, позволил ей кануть в хаос житейских случайностей. Кэтрин, подумал он. Кэтрин.И он хотел быть преподавателем, хотел и стал; но он знал, всегда знал, что большую часть жизни слишком мало вкладывал в это дело огня. Он мечтал о некой цельности, о некой беспримесной чистоте - а обрел компромисс и тысячи изматывающих мелочей обыденщины. Он уповал на мудрость - а обрел за все эти годы лишь невежество. "И что еще? - думал он. - Что еще?"Если посмотреть на жизнь каждого человека издалека то и она и вправду не будет выделяться на фоне серой массы, но и стоит нам приблизить его чуть ближе, то окажется, что человек-это целая вселенная внутри, которого вращаются звезды и все небесные светила. У Достоевского нет пропавших людей, каждый велик по-своему, и Стоунер необъятен именно тем, что он является отголоскам нашего божественного и сакраментального мира.
312,1K