Рецензия на книгу

• 

  Peneloparostov30 мая 2021 г.

  Предисловие к тому третьему (никогда не опубликованному)

  Ох и трудно дался мне на этот раз любимейший роман о коте учёном, потомке легендарного Гинца фон Гинцефельда, более известного как Кот в сапогах!..

  Канва простая и отчасти напоминает многие другие книги, того же булгаковского «Мастера и Маргариту»: две сюжетные линии, на первый взгляд между собой не пересекающиеся. Почти не пересекающиеся. Сидит себе усатый-четверолапый вундеркинд, самостоятельно выучившийся грамоте, на чердаке, и кропает мемуары на обороте каких-то макулатурных листов, на поверку оказавшихся жизнеописанием великолепного музыканта. Далее сей великий труд попадает к безалаберному издателю, который при ближайшем рассмотрении и сам оказывается одним из персонажей. В итоге эта «книга в книге» так и выходит: на части листов стоит пометка «Мурр продолжает», на другой — «Макулатурные листы».

  Прекрасный образный гофмановский язык. Параллельные сюжеты в эпизодах из кошачьей жизни и жизни придворной, зеркально отображающие друг друга, от чего события кажутся более выпуклыми. И всё равно чтение шло медленно, с перерывами на другие книги.

  То ли напыщенные рассуждения главного героя повернулись своей неприглядной стороной, которая раньше служила лишь фоном для комичного, то ли за сумбуром происходящего при княжеском дворе с возрастом я стала более остро воспринимать одиночество истинного гения — капельмейстера Иоганнеса Крейслера? Не знаю. Но в итоге роман, который раньше я советовала друзьям как «уморительно смешной и лёгкий», при повторном прочтении оказался не таким уж лёгким. Более того, я как-то даже не обращала внимания, что в своей «придворной» части повествование обрывается, что называется, на самом интересном месте, и читателю остаётся только гадать: что же было дальше?

  Во всяком случае, хэппи-энда в сегодняшнем понимании не случилось, о чём можно догадаться как раз из записок кошачьего дарования. Долго и счастливо? Может быть. Только Крейслер и его друг, старый маэстро Абрагам, — сами по себе, а придворный балаган — сам по себе. Что очень похоже на правду, не смотря на фантастичность всего предыдущего действа с его фейерверками, зеркальными комнатами, цыганами, внебрачными детьми и коварными соблазнителями юных дев.

  10

  1K