Рецензия на книгу
Бернард Шоу
Эмрис Хьюз
JohnMalcovich30 мая 2021 г.«Ведь чем больше коммунизма, тем больше цивилизации»
«И я очень многое знаю о России, — добавил он. — Ведь я был социалистом еще до того, как родился Ленин!»
«Во французских школах я считаюсь «английской литературой». И соответственно у всех французских шестиклассников имя мое вызывает отвращение.»
Если говорить субъективно, то книга о Бернарде Шоу, написанная не профессиональным писателем, а скорее политиком, по своему качеству, стилю и способу раскрытия темы может дать фору самому Шоу. Быть может Шоу просто случайно сумел попасть в поток, который вынес его на поверхность славы, словно пустую пластиковую бутылку? Судя по описаниям, он был бездарным учеником в школе. Не жаждал он и трудиться. Одной из первых его профессий был сбор квартплаты с обитателей дублинских трущоб. Потом он поработает кассиром и станет «профессиональным» критиком евангельских идей, которым его обучали в протестантской школе. А потом он называет себя коммунистом. И поступает на службу к самому что ни на есть капиталисту: в телефонную компанию Эдисона. В его обязанности входило уговаривать упрямых обитателей Ист-энда, чтобы они разрешили ставить телефонные столбы на принадлежащей им земле. Он продолжает писать, но его романы не востребованы. Тогда он пробует поближе сойтись с местными английскими «коммунистами», но те его облили презрением за то, что он не прочел знаменитый первый том Марксова «Капитала». Шоу не теряется и нарекает их «псевдо-марксистами». Почти как дядя Ади он начинает ораторствовать и мимикрирует в социалиста. Попутно он подрабатывает написанием критических музыкальных статей. Занимается и рецензированием книг. Чем дальше – тем больше горькой правды, которой Шоу буквально гордится:
«Я не бросился на борьбу за хлеб насущный. Я бросил на эту борьбу свою мать. Я не стал опорой в старости для моего отца; я сам цеплялся за фалды его сюртука…Моя мать работала на меня, вместо того чтобы читать мне проповеди о том, что мой долг работать на нее»Сидя на шее матери Шоу, как большинство революционеров смел на словах, а на деле первым бежит при малейшей угрозе. В среде социалистов и борцов с капитализмом он быстро приобретает специфическое прозвище.
«— Это Бернард Шоу, человек, который первым убежал с Трафальгарской площади.»Социализм Шоу заключается в том, что он запросто свергал с пьедестала буквально любой, даже самый знаменитый оркестр, самого знаменитого дирижера или композитора, если они, по его мнению, погрешили против музыки, против искусства. В принципе, Шоу делал то же самое, что делают деятели от культуры и сегодня, когда под громким названием фильма, или книги, скрывается банальная пустышка. Он отвлекает посторонними рассказами внимание читателей от Героической симфонии, и именно в этом видит силу журналистики. После критики музыки он берется за критику театра. И меняет свой псевдоним. И снова напрашивается параллель с современностью. С тем, что современные постановки буквально бесят своей нелогичностью, цинизмом и перекручиванием фактов. Бернард Шоу именно этого и добивался от театра. От театра «настоящего»!
«Театр, — писал Шоу, — не может доставлять удовольствие Он нарушает свое назначение, если не выводит вас из себя»: В этом была основа требований, предъявляемых непримиримым Джи-Би-Эс к театру, ибо у театра и драматурга «более высокая цель, чем забавляться самому и забавлять людей: он должен толковать жизнь»Все несогласные автоматически становились его врагами и подвергались его критике.
В принципе, как все журналисты, Шоу не мог быть не предвзятым. Он должен был отрабатывать заказ. Хотя автор книги не говорит об этом даже намеками. Шоу берется за все, что вызывает интерес общества. Он нападает на традицию празднования Рождества, утверждая, что большинство людей ненавидит этот праздник. В то же время, он восхваляет Ибсена. Он топчется на теме «Сверхчеловека», пишет пьесу, к которой прилагает список-справочник богачей. Притворяясь дурачком, делает дотошный анализ Нового Завета. Но весь анализ сводился всегда к одинаковому выводу: «если вы хотите быть истинным христианином, вы должны верить в коммунистическое общество.» Не удивительно, что пьесы Шоу так были популярны на сценах советских театров. В Лондоне пьесы шокировали публику прежде всего ругательной лексикой. В общем, список этих достижений Шоу можно было бы продолжать очень долго – книга довольно толстая – но ведь кто-то же платил за это банкет? Кто-то для чего-то выталкивал Шоу в свет? И вот выясняется, что Шоу хотел сделать революцию в английском языке. Он ратовал за создание нового алфавита, который в большей степени соответствовал бы звукам английского языка, чем ныне существующий, и который облегчил бы задачу изучения этого языка детям и иностранцам. А его пьеса «Андрокл и лев», была напечатана знаками нового алфавита. Зная о том, что англо-саксы ничего не делают просто так и себе во вред, почему-то кажется, что такие себе «революции» от Шоу должны были иметь конечной целью федерализацию плебейских стран (привет коммунистическому СССР) по языковому принципу. Помимо этих новшеств Шоу продолжает эпатировать публику, высказывается по поводу войны похлеще дедушки Ленина, который мечтал о поражении России в войне. Неудивительно, что многие офицеры желали пристрелить его, а актеры, играющие в его пьесах, отказывались фотографироваться рядом с ним. Но играть не отказывались. Тем самым давая повод Шоу к новому излиянию желчи в своих статьях по поводу людской сущности. И подспудная реклама страны большевиков. Вперемежку с постановками Чехова, которые публика совсем не жаловала, а Шоу нахваливал. Даже после того, как суть октябрьского переворота в России стала ясна даже детям, Шоу продолжал выступать с лекциями, в которых славил дела ленинцев.
«Русские массы избрали национальную ассамблею; Ленин и большевики безжалостно отшвырнули ее и перестреляли, убирая с пути, поскольку она отказывалась убираться…»Шоу опускается до написания полу-эротических пьес, посвященных опять-таки России и императрице Екатерине. «Постигнув» суть русской императрицы, Шоу берется за написание своего «Справочника по социализму и капитализму для образованной женщины». Позднее, поближе к началу второй мировой, Шоу переиначивает название на «Справочник для образованной женщины по социализму, капитализму, советизму и фашизму».
Он рекламирует коммунизм, рассказывает сказки о стране большевиков и о Ленине. В точности копируя сказки американцев о Вашингтоне. И пытается изобрести новую религию. Примешивая и сюда коммунизм. Шоу пишет пропагандистские предисловия к своим пьесам, в которых прославляет все того же Маркса и Дарвина. В 1925 году Шоу была присуждена Нобелевская премия. И сразу же принимается за критику самой премии Нобеля. Вскоре Шоу приглашают в страну большевиков. Он рассказывает о том, что вот-вот поднимется английский пролетариат. Характерно, что в поездке Шоу сопровождали английские лорды, которые присутствовали на лекциях Шоу в СССР и, вероятно, мысленно восхищались тем, как их питомец «разводит» доверчивых большевиков. Правда, не обошлось в СССР без конфуза. Шоу возмутил музей октябрьского переворота. И он был прав.
«Одним из немногих учреждений, вызвавших осуждение Шоу, были, например, музеи революции, прославляющие тех, кто бунтовал против старого режима. После посещения московского Музея революции Шоу сказал удивленному экскурсоводу, ожидавшему его одобрения:
«Вы, наверное, с ума сошли, что прославляете восстание теперь, революция — это правительство? Вы что, хотите, чтобы Советы были свергнуты? И разве благоразумно учить молодежь, что убийство Сталина будет актом бессмертного героизма? Выбросьте отсюда всю эту опасную чепуху и превратите это в Музей закона и порядка».
Характерно, что борец с церковью Шоу, считал и Третий Интернационал организацией построенной по принципу церкви, но ничего не имел против оной. После поездки в СССР Шоу много пишет, но качество его высказываний таково, что не понятно: правду он говорит, или это просто стеб?
«Он утверждал, например, что русские в интеллектуальном отношении стоят выше населения капиталистических стран:
«Они начинают с того, что читают Маркса, и это опасно в том смысле, что порождает интеллектуальный снобизм. Когда ты познакомишься с Марксом, ты узнаешь так много, что тебе начинает казаться, будто ты знаешь все, и ты приобретаешь склонность с некоторым высокомерием относиться к другим людям.»В общем, в деле прославления коммунизма Шоу превзошел даже самих большевиков.
«В Лондоне сегодня стоит статуя Вашингтона; завтра в Нью-Йорке будет, без сомнения, стоять статуя Ленина со следующей надписью: «Да благословен будешь ты и тогда, когда люди станут возводить на тебя хулу».Темы на которые он пишет удивительным образом напоминают некоторые Булгаковские темы. Чего стоит один диалог Пилата и Иисуса. Однако Маркс продолжает превалировать. Точно так же, как превалирует и идея все разрушить и создать нечто новое. В восемьдесят лет он считает, что нужно снести все университеты, ибо от ученых людей один сплошной вред. Быть может он прочитал реплики Булгаковского Шарикова?
В принципе, Шоу можно не любить, можно не верить его коммунистическим воззрениям, но тот факт, что практически стоя в могиле одной ногой, он продолжал твердить о коммунизме, достойно некоего уважения.
Даже если он лицемерил. Ведь совсем не просто лицемерить больше шестидесяти лет… Правда, можно сказать, что Шоу, как большинство журналистов, был под прикрытием. Он выступал против войны, но его даже не привлекли к уголовной ответственности за это. А ведь тогда в Англии даже вешали за отказ идти в армию. И Шоу даже написал пьесу на эту тему. Но его не тронули. И он сотворил великое множество пьес. А вот автор данной книги о Бернарде Шоу отсидел свой срок в тюрьме за отказ воевать на первой мировой войне. А потом написал одну единственную книгу. Которая стоит всех книг Бернарда Шоу. Хотя, у Шоу, конечно же, репутация. Но нельзя забывать о том, что писатели почти как врачи, репутацию коим создает количество знаменитых людей, которые умерли у них на руках. Шоу обманул не меньше людей, чем многократно критикуемые им библейские персонажи. Ибо весь мир – театр. Аминь!
1164
