Рецензия на книгу
Волшебная гора
Томас Манн
Josef-Knecht872 мая 2021 г.Зачем всё это, Томас?
Когда-то давно, наверное, году так в 2006, в одной передаче Малахова обсуждали разные странные истории любви, и я бы не запомнила ни этот выпуск, не остановилась бы в принципе на том канале тогда, если бы не словосочетание "учительница литературы". Короче говоря, женщина лет 45 возмущалась, что её сын - одиннадцатиклассник завёл роман с этой самой учительницей. А возмущал маму не сам этот факт, а то, что теперь её сын пристрастился к Томасу Манну и вообще решил стать филологом.
Прецедент сам по себе любопытный, но бедный герр Томас Манн тут при чём?) Но если подумать...
Более унылого писателя среди немцев я ещё не видела. Конечно, это глыба, это сильный философ, ясный и умный, но сколько же у него воды!
После него остаётся печальное послевкусие бесцельно потраченного времени, да и герои его, хоть и предельно реалистичны, но безжизненны, в них нет ни пластичности героев Фейхтвангера, ни непосредственности и открытости героев Гессе, ни интеллектуальной утончённости героев Гофмана - только лишь пустота какая-то.
Сегодня мой день начался с "Волшебной горы", и сегодня же я наконец поняла, почему я не люблю эту книгу и Томаса Манна в целом: не нужны ему читатели, не нужны; автор, как и большинство его ГГ, проводит большую часть эфирного времени как бы спиной к читателю, не поворачиваясь к нему ни душой, ни разумом.
Манновские ГГ тонут в бездне многословия, заставляя в ней и читателя потонуть. У меня после завершения чтения всегда чувство, что я наконец-то выбралась из топи на твёрдую землю.
Если почитать Томаса Манна, будучи в хорошем настроении, то особенно будет заметна своеобразная интеллектуализированная безжизненность его текстов. Они полумертвы, и это вовсе происходит не потому, что в сюжете нет динамики, а потому, что художественному мировоззрению Манна, видимо, близка более смерть. Это певец смерти. Смерти как духовной, так и физической. Например, его Ганс Касторп - это не просто среднестатистический персонаж, это персонаж без личности. Кроме того, что он любил курить сигары, ничего не остаётся в памяти надолго. В начале романа герою 23 года, то есть это вполне взрослый человек, но ни характер толком его, ни взгляды не сформированы, Ганс инфантилен до такой степени, что с ним мне как читателю неинтересно: он без вкуса, без цвета, без запаха. И по ходу развития сюжета герой ещё больше деградирует, как будто отказываясь всё решительнее от того живого, что его личность образует. Понятное дело, что это авторский приём, но он обедняет, скорее, произведение, нежели углубляет или обогащает его.
Герои Томаса Манна не образуют никакой системы образов, они подобны игрушкам на безвкусной новогодней ёлке: вроде бы ёлка одна, но игрушки в пёстром разнообразии сами по себе; они как будто лишены собственных голосов: нет ни индивидуального мировоззрения, ни характеров, ни души, как ни странно, но болтают эти говорящие головы без умолку, произнося искусственные реплики. Героям Манна почти не сочувствуешь, ибо не веришь в подлинность их страдания, слишком уж ходульно всё описывается. Возникает ощущение, что Томас Манн становится своеобразным антагонистом принципов эстетики Аристотеля, которая, как законы физики, работают почти вечно, ибо человек в течение многих тысячелетий не так уж сильно и изменился.
Слышала мнение, что Манна можно назвать декадентом. Но если и можно назвать таковым его, то точно самым последовательным и прямо-таки кульминационным.
Бродяга Рембо, забулдыга Верлен, одичавший Бодлер, Уайльд, пленник золотой клетки. - это всё разве подлинные декаденты по сравнению с Томасом Манном?) Пусть убогую и порочную или сладострастно ущербную, но именно всё-таки жизнь славили они, даже упадок был у них с надеждой на возрождение, пусть она была совсем хрупкая.
Где ещё так славословится смерть, как не в романе о людях, ушедших в горы умирать. Умирать посреди обильных яств и винных бутылок, утонув в объятиях мягкого пледа.
Наверное, именно поэтому меня инстинктивно всегда смущала привязанность кого бы то ни было к этому писателю, как будто самый этот факт сигнализирует о неком глубинном мировоззренческом кризисе, который ставит человека на распутье двух крайностей, лежащих в основе личной внутренней трагедии...
----
... Вместо финала маленький P.S. Но есть у Томаса Манна одна пронзительно гениальная и очень маленькая вещица, называется "Марио и волшебник". Необычная для него новелла, как мне кажется. Очень глубокое произведение.141,5K