Рецензия на книгу

• 

  garatty5 ноября 2012 г.

  Долгое время я искал повода прочитать "дневник". И когда увидел на озоне это издание... Это был сигнал. Двухтомник. Комментарий на 500 страниц. Причем не объясняющий что здесь подразумевалось и что за событие описывалось (хотя и такое было), а представляющий небольшие биографические вставки и подходящие цитаты современников писателя, цитаты из писем самого автора... Вообще это лучший комментарий, что я когда-либо видел. Неспроста в описании говорилось, что это научное издание.

  Может сюда добавлено ещё что-то, помимо тех текстов, которые известны как "Дневник писателя", ведь другие издание содержат от 500 до 700 страниц, здесь же около 1100 страниц без комментария. Возможно, в обычное издание не входят статьи, написанные для журнала "Гражданин", а также художественные произведения, опубликованные на страницах "Дневника писателя" ("Кроткая", "Сон смешного человека", "Мальчик у Христа на елке" и др., которые я с удовольствием перечитал).

  Когда во вступительной статье я прочитал о том, что Дневник Писателя можно считать прообразом будущего интернета. Меня это, мягко говоря, позабавило. Ну да, можно в чём угодно увидеть, что угодно. Проще всего было бы увидеть прообраз ЖЖ(но все-таки люди веками до этого писали свои дневники, пусть и не публично), но мне сразу же в голову пришёл образ тогдашних газетных срачей между журналистами. И тут в статье "Ряженный" я встречаю ответ Достоевского на критическую статью "священника", который является обычным газетным "троллем". Ответ был крайне остроумен, а в конце в полунамеке называется истинный автор статьи - Лесков. Всё-таки срач в газетных кругах того времени был гораздо изящней. Ведь пусть и писали их бездарности, зато красиво. А тут ещё и представляется увидеть и Достоевского разворачивающего свой писательский талант на этом поприще. Забавно. Хотя конечно глупо видеть в этом прообраз интернета (хоть в бесконечных “кровавых” спорах и являет собой одна составляющая черта его ипостаси). Здесь, как и в интернете, находит свое отражения одна из популярнейших черт человека - это устраивание срача. Хлебом не корми, а дай другого человека назвать мудаком, из-за того, что его взгляды расходятся с твоими. Ведь твои-то взгляды самые верные, честные и истинные. А если человек противоречит "истинным" взглядом, то не дурак ли он случаем? Ведь себя-то дураком как-то и неприлично называть.

  Не помню, в какой именно момент я полюбил Федора Михайловича, но любовь моя распространялась не только на его книги, но и на его фигуру, как мне кажется отчасти мученическую, в его взгляды, которые я все же не разделяю полностью, и в его образ мыслей и чувств. Он мне всегда представлялся действительно хорошим человеком, страстнейшим идеалистом и в то же время скромным и почтительным. Да ещё к тому же и рационалистом. Разумным человеком. Становится крайне противно, когда его мешают со всяким полтикообразным бредом, с идеями человеческой нетерпимости.

  Сейчас очень модно подписывать Достоевского под свои идеи нетерпимости и ненависти. Достоевского даже называют националистом. Самое популярное обвинение - это конечно ненависть к евреям. Это пока оставим. А обратимся к вопросу национального самосознания и русскости. Сейчас очень модно быть РУССКИМ. Такое чувство, что очень большая часть молодежи неожиданно пришла к очень удивительному выводу: "Я же РУССКИЙ!" И сердце наполнилось гордостию и величием. Да, это Я. Некоторые ребята идут дальше и почитают, что "русским" может быть не каждый русский. Что это право даётся лишь избранным. Которые, по их мнению. "правильно" живут, "правильно" выглядят. Причем же тут Достоевский задумается пытливый читатель.

  Иногда добавляется обязательный тезис - "быть православным". Ведь Достоевский видел спасению России (да и Европы) именно в православии. "Кто не православный, тот не русский" - вспоминает кто-то цитату из "Бесов". И люди на этом основании отказывают другим людям в праве на национальное чувство. Прикрываясь тем, что так считал Достоевский - националист и истинно русский человек. Ну да прямо сейчас представляю, как он говорил Белинскому, что он отказывает ему вправе быть русским или кому-нибудь подобному. "Русский" - это уже своеобразная субкультура, а не нация. Причем разбитая на противоборствующие группировки и одна другой отказывает в ”праве быть русским". И эти люди с гордостию почитают Достоевского как пропагандиста идей нетерпимости? Такое чувство, что я с ними читаю разные книги и произведения. Его творчество проникнуто состраданием, жалостью, любовью, как минимум уважением к человеческому существу. Истинно христианскими чувствами. Для кого-то видимо истинно христианским являются - злость и гордыня.

  Cтоп-стоп. А как же антисемитизм? Он уж, по крайней мере, ненавидел евреев. Помнится Федор Михайлович писал о том, что одной из особенностей русского народа является то, что он не умеет как следует ненавидеть. Не может этого делать продолжительное время и быстро прощает, и забывает. Это так отступление.

  Я давно слышал об этой черте его мировоззрения. Она как минимум занимательна. Ведь он пишет о том, что жидам только дай власть они тут же наполнят Русь развратом и ужасом, и безбожием. Давно читая одно художественное произведение автора (забыл какое) я наткнулся на один момент. Где говорится, что такой-то герой побывал там-то где имел знакомства с различными жидами, жидками, жиденушками и даже евреями. Тут-то мне подумалось, что Федор Михайлович отделяет понятия жидок и еврей. Тут мне подумалось, что он испытывает отвращение к тому, каким родом деятельности занимаются евреи. Ростовщичество, кредиторство. А если припомнить некоторые подробности жизни писателя, то можно и вполне понять его не самое лучшее отношению к людям сих профессий.

  
  Всего удивительнее мне то: как это и откуда я попал в ненавистники еврея как народа, как нации? Как эксплуататора и за некоторое пороки мне осуждать еврея отчасти дозволяется самими же этими господами, но - но лишь на словах: на деле трудно найти что-нибудь раздражительнее и щепетильнее образованного еврея и обидчивее его, как еврея. Но опять-таки: когда и чем заявил я ненависть к еврею как к народу? Так как в сердце моем этой ненависти не было никогда
  

  Однако есть неприятие к "жидовской идеи", которую Федор Михайлович видит в безудержной тяге к обогащению и в стремлении к власти любыми путями. Через подчинение человека в зависимость хитростью, через денежную кабалу и распространение разврата и безбожия. Да только дело в том, что эту самую идею может исповедовать не только "жид". На то она и идея. Опять же он говорит, что евреи очень обособленны от других наций в силу своего "иудейства" и что на всех смотрят свысока... Но я не вижу в этом никакой ненависти и нетерпимости. Конечно, и этого кому-то хватит, чтобы записать Федора Михайловича в антисемиты, особенно для самого антисемита или же для еврея. Мне же этого кажется недостаточным и, зная фигуру и идею Достоевского, у меня уж точно не повернется язык приписывать его в ряды этих почтенных господ.

  Но это все отступления. Чем же наполнен “Дневник писателя”? Достоевский пишет о своих воспоминаниях, о своих взглядах, об интереснейших судебных процессах, о внутренних событиях страны и о Восточном вопросе. Как бы это ни было печально для меня, но со временем Восточный вопрос начинает вытеснять все остальное из Дневника Писателя. Конечно, это вполне понятно. Ведь к мучениям единоверцев турками Федор Михайлович не мог не относится никак иначе, как с горячим сочувствием и участием. Ведь здесь был выход для его панславистских идей. К тому же восточный вопрос в результате приводит к русско-турецкой войне. А что может быть более злободневным и актуальным для того времени. Меня же это стало несколько тяготить. Слишком много Восточного вопроса. Хотя он был более чем интересен на первых порах, но когда Федор Михайлович стал уделять ему всё больше и больше места в журнале, то в итоге ему был посвящен почти весь выпуск Дневника. К тому же Достоевский стал повторяться. И это был лишь единственный негативный момент от этой работы. Федор Михайлович уж здесь-то смог развернуться полностью. Коснуться всех аспектов своих убеждений. И это был настоящий подарок почитателю его творчества. Об оторванности “господ” от народа, о том, что в русском народе и коренится истинный путь и великая мудрость, о том, что господам нужно преклонится перед бывшими крепостными, о страшной тяге к сладострастию и страданию… Федор Михайлович такие надежды возлагал на русский народ, так верил в него, что ненароком закрадывается вопрос, чтобы он подумал прожив ещё лет 30 с небольшим… О том, что народ не стал ждать пока “господа” спустятся до их ступени, они решили сами взойти на ступень выше, а высший свет истребить или выселить. Своеобразное решение вопроса разрыва между людьми. А ведь и Достоевский говорит о том, что в народе легко может поселиться идея “отрицания” и коммунизма, а все из-за извечного поиска правды, так присущего русскому человеку.

  “Дневник” без сомнений дает огромную пищу для размышления, в особенности для почитателей таланта Федора Михайловича. Не может не радовать, что Достоевский выкраивал время для написания и издания этого журнала, как бы печально не становилось от того, что последний номер ДП датирован январем 1881 года.

  P.S.

  
  Я получил сотни писем изо всех концов России и научился многому, чего прежде не знал… Во всех этих письмах если и хвалят меня, то всего более за искренность и прямоту. Значит, этого-то всего более и недостает у нас в литературе, коли сразу и вдруг так горячо меня поняли. Значит, искренности и прямоты всего более жаждут и всего менее находят.

  19

  266