Рецензия на книгу
Книжный вор
Маркус Зузак
Antarktika25 апреля 2021 г.Чёрная книжка за пазухой у Смерти
Очередная книга, которая была во всех моих списках миллион лет. Пару раз я даже начинала читать, но дальше нескольких страниц дело не шло. И вот - закончена.
Эта история про Вторую мировую, коих я уже прочитала десятки. Но несмотря на это и на то, что многие детали рассказчик нам сам и заспойлерил, они всё равно "врываются", хотя ты их и ждал.
Сцены в финале книги заставили меня плакать, так пронзительно это было написано. Есть в них, как и в спойлерах, какая-то безысходность и неотступность. Ты знаешь, как произойдёт, тебя даже предупредили, но оно случается неожиданно, и ты сидишь ошеломлённый и в отчаянии.Мне оказалась не совсем понятна идея выбора именно такого рассказчика автором. Читателей попытались убедить, что Смерть тоже испытывает чувства? Я увидела плюс в подобном выборе только в контексте того, что рассказчик здесь как бы независимый от сюжета персонаж (и потому беспристрастный, хотя вот это уже с натяжкой), а другой стороны, он в курсе событий.
Конечно же, мне очень жаль, что Лизель не поцеловала Руди; жаль, что она не сказала, что любит Розу. Но, к несчастью, я прекрасно знаю об упущенных в жизни моментах, которые никогда-никогда не вернуть. Мне ещё было очень интересно, как прошла дальше жизнь Лизель. Например, стала ли она укротительницей слов? Много ли времени понадобилось, чтобы прийти в себя, и возвращалась ли она когда-нибудь в Молькинг? Рассказала ли она своему мужу про Руди, и не стал ли он ревновать её к памяти? Это всё, конечно, вопросы без ответов. А всё потому, что главная проблема книжек про войну - это то, что война там самый главный эпизод. Ничто на свете не перебьёт её напряжения и эмоций.
Как ни странно, больше всех мне грустно (помимо Лизель, но у неё хотя бы есть Макс) за фрау Хольцапфель и Алекса Штайнера. И если фрау тоже в конечном счёте переживала свою трагедию не так-то долго, то у Алекса на это целая жизнь.
Короткая история Михаэля Хольцапфеля тоже невыразимо трагична. В нём одном показаны жертвы войны, которые вернулись домой живыми, и я уверена, что они были во всех странах, которые война затронула.Честно говоря, я не очень поняла, почему Лизель называют книжной воришкой. Разве воровство - подбирать упавшее без возможности выяснить, кому оно принадлежало? То же самое про гору сжигаемых книг. В данном случае у кого она "Пожатие плеч" украла? Про "кражи" из дома бургомистра уже Руди без меня сказал - для неё специально открывали окно. Фактически она не крала ни одну из упомянутых книг, а стигма есть.
Мне показалось интересным, как в общую канву с войной вплетаются бытовые сценки, которые делают повествование живее и ближе. Все эти снеговики, воровство яблок, книги в реке, чтение на берегу, похмелье Ганса рассказывают нам о людях, которым война не нужна, как не нужно и владение миром. У них есть своя кухня, улица, аккордеон, мастерская, и этого достаточно. Можно быть счастливым и не пытаясь завоевать полмира.
2134