Рецензия на книгу

• 

  infopres17 октября 2012 г.

  Спойлеры! Собственно, сплошные спойлеры и ничего более :)

  Удивительная книга. Как-то даже сложно писать о ней целиком, ощущения очень смутные и нецельные. Тем более смутные, что заканчиваются такой новеллой. Да, десятая новелла, "Сон" — это что-то! Удивляет, отрезвляет неожиданностью, если не сказать — повергает в шок. Модель Нового Рая - ничего себе, да? Утопия чистой воды. Дни, недели, месяцы, годы, тысячелетия, наконец, — и только того, что хотите именно Вы. Хотите удовольствий: гольф, секс, шоппинг, встречи со знаменитостями? Пожалуйста. Хотите целую вечность разбирать старые судебные дела, спорить с коллегами о старых и новых теориях и открытиях? Да, конечно, получайте. В любом варианте, при любом выборе — никакой усталости и боли, одни приятности. Но если вы хотите, можно и неприятности устроить, и плохую погоду, да и немного боли, операцию там какую. В Новом Раю можно получить всё что хочешь. А хотите — умереть? Как вам такой вопрос, такое желание? Оказывается, это здесь тоже можно.
  

  - А кто начинает просить смерти раньше всех?
  — Мне кажется, "просить" — не то слово. Не просить, а хотеть. Ошибок тут не бывает.
    Если вы достаточно сильно хотите этого, вы умираете — вот главное правило.

  
  Более того, каким бы вашим ни был Рай, в конечном итоге все хотят умереть. Даже в Раю. А может, в Раю — особенно?..
  

  — А сколько людей используют возможность умереть?
  — Да все сто процентов. Через много тысячелетий, разумеется, если считать по-старому.
    Но раньше или позже эту возможность использует каждый.

  
  Новеллы понравились и запомнились в разной степени, большей-меньшей:
  

  • "Безбилетник" — удивительная, увлекательная история о Ноевом Ковчеге, полная иронии, а то и сарказма, особенно к роду человеческому, рассказанная... древесными червями!
  • "Гости" — о захваченном террористами корабле, с трагичным концом.
  • "Религиозные войны" — чудной судебный спор между человеком и... снова древесными червями, всё теми же безбилетниками :)
  • "Кораблекрушение" — эта новелла показалась одной из самых неоднозначных/спорных по интересности. Первая её часть, собственно кораблекрушение, была достаточно читабельна, но вот вторая, описание картины, процесса её создания и худ.разбор... скучновато, я даже засыпал. Но может, еще и не попало в настроение.
  • "Гора" — история божественном провидении и каре, о вере и о свободе выбора.
  • "Три простые истории". Действительно, три простые истории, название оправдывает самоё себя. Простые, короткие и достаточно интересные. Вот только смутно понимаю, что их объединило в единую новеллу? На первый поверхностный взгляд, общее у них только одно — место проишествия, море. История счастливого спасения Лоренса Бизли от потопления на Титанике и дежа вю — неудачное (эх, снова не повезло стать трагичным героем) неутопление на съемках фильм. История об Ионе, который выжил после того, как его заглотнул кит. Скитания евреев на судне "Сент-Луис", вывозившем их в эмиграцию из Германии перед началом мировой войны. Последняя очень зацепила, одно из самых сильных впечатлений в книге.
  • "Вверх по реке" — съёмки фильма в венесуэльских джунглях о реальной истории (ссоре и гибели), произошедшей 100-150 лет назад с двумя иезуитами. Написано в виде заметок (писем), особого высокого смысла я не разглядел, но читать было увлекательно, интересные и не лишённые юмора заметки, описания местности и приключения.
  • "Проект "Арарат" — о том, как мировая знаменитость, астронавт-участник проекта "Аполлон", услышав на Луне глас Божий "Найди Ноев Ковчег", обретает веру в Бога и едет на поиски Ковчега. А тут-то мы находим отсылку к 6-й новелле, кстати)

    -----

  
  "ИНТЕРМЕДИЯ". О, это прекрасно! И чувственно, и красиво, и мудро, и рассудительно — одновременно. Это ода Любви. Ода самой популярной, часто употребляемой фразе на всех языках и наречиях мира. Я тебя люблю. "Интермедия" стоит того, чтобы к ней возвращаться и перечитывать.

  Хочется оставить здесь небольшую часть — для себя, но, боюсь, это будет не кусочек, а почти целый торт. Ммм, а спрячу-ка я под кат. Кто захочет — нырнёт и прочитает эти прекрасные, мудрые и удивительно, поэтично красивые строки.
  

       «Я тебя люблю». Первым делом спрячем эти слова на верхнюю полку; в железный ящичек, под стекло, которое при случае полагается разбить локтем; в надежный банк. Нельзя разбрасывать их где попало, точно трубочки с витамином С. Если эти слова всегда будут под рукой, мы начнём прибегать к ним не думая; у нас не хватит сил воздержаться. Мы-то, конечно, уверены в обратном, но это заблуждение. Напьёмся, одолеет тоска или (самое вероятное) взыграет известного рода надежда, и вот пожалуйста — слова уже использованы, захватаны. Нам может показаться, что мы влюбились, и захочется проверить, так ли это. Как мы узнаем, что у нас на уме, покуда не услышим собственных слов? Остерегитесь — они не отмываются. Это высокие слова; мы должны быть уверены, что заслужили их. Вслушайтесь, как звучат они по-английски: «I love you». Подлежащее, сказуемое, дополнение — безыскусная, незыблемая фраза. Подлежащее — коротенькое словцо, которое как бы помогает влюблённому самоустраниться. Сказуемое подлиннее, но столь же недвусмысленно — в решающий миг язык торопливо отскакивает от нёба, освобождая дорогу гласной. В дополнении, как и в подлежащем, согласных нет; когда его произносишь, губы складываются словно для поцелуя. I love you. Как серьезно, как ёмко, как веско это звучит.

  музыка «I love you»

       Мне видится тайный сговор между всеми языками мира. Собравшись вместе, они постановили придать этой фразе такое звучание, чтобы людям было ясно: её надо заслужить, за неё надо бороться, надо стать её достойным. Ich liebe dich: полуночный сигаретный шёпот, в котором счастливо рифмуются подлежащее и дополнение. Je t'aime: здесь сначала разделываются с подлежащим и дополнением, чтобы вложить весь сердечный пыл в долгий гласный последнего слова. (Грамматика тут надёжнее; заняв второе место, предмет любви может уже не бояться, что его заменят кем-то другим.) Я тебя люблю: дополнение снова занимает вселяющую уверенность вторую позицию, но теперь — несмотря на оптимистическую рифму вначале — здесь слышится намёк на трудности, препятствия, которые нужно будет преодолеть. Ti amo — возможно, это чересчур смахивает на аперитив, но выигрывает благодаря твёрдому согласию подлежащего и сказуемого, делателя и действия, слитых в одно слово.
  
       Извините за любительский подход. Я охотно передаю эту тему на рассмотрение какой-нибудь филантропической организации, стремящейся увеличить сумму человеческих знаний. Пусть созданная при ней исследовательская группа изучит эту фразу на всех языках мира, пронаблюдает за её изменениями, попытается понять, что слышат в её звуках те, к кому она обращена, как от богатства её звучания зависит мера даримого ею счастья. Вопрос к залу: есть ли на земле племена, в лексиконе которых отсутствуют слова «я тебя люблю»? Или все они давно уже вымерли?
  
       Пусть эти слова лежат у нас в ящичке, под стеклом. А вынув их оттуда, будем обращаться с ними бережно. Мужчины говорят «я тебя люблю», дабы залучить женщин в постель, женщины говорят «я тебя люблю», дабы женить на себе мужчин; и те, и другие говорят «я тебя люблю», дабы держать страх на привязи, дабы обрести ложную уверенность, дабы убедить себя в том, что благословенное состояние достигнуто, дабы не замечать того, что все уже позади. Не нужно использовать эти слова в таких целях. Я тебя люблю не должно звучать слишком часто, становиться ходкой монетой, пущенной в оборот ценной бумагой, служить для нас источником прибыли. Конечно, вы можете принудить эту послушную фразу играть вам на руку. Но лучше приберегите ее для того, чтобы прошептать в шею, с которой только что были убраны несуществующие волосы.

  31

  343