Рецензия на книгу
Луна появится
Антон Антипенко
akimova_up9 октября 2012 г.Рецензия Крымовой Оксаны (Москва, 45 лет) с ОЗОНа
Возвращение в Керкуан. О романе Антона Антипенко «Луна появится»
Перестроечный литературный ажиотаж стал достоянием истории, как и проза его корифея Владимира Сорокина, перепахавшая унылое поле совлитовской лжереальности плугом искусно смонтированных провокационных имитаций. Но сегодня всем стало понятно, что время имитаций прошло, и не только для литературы. Современному читателю уже не хочется погружаться ни в копрофагию, ни в каннибализм, ни в изощренное насилие. Он ждет от литературы позитивных интеллектуальных стимулов, ответов на вечные вопросы, ждет эротики и эзотерики – всего того, что отличает настоящую литературу от сиюминутных всплесков – будь то вялая буржуазная экзистенциальщина или кондовый рабоче-крестьянский пафос.
Новый роман Антона Антипенко «Луна появится» можно отнести к новой интеллектуальной прозе, запрос на которую начал возникать в последние годы.
Новая интеллектуальная проза – это, конечно же, явление вовсе не новое (как и все под луной), это та литература, которую раньше называли «духовной пищей», литература, возвышающая дух, создающая поводы для размышлений, а иногда и зажигающая свет в конце тоннеля. Это увлекательный многоплановый сюжет, это стиль, продолжающий традиции великой русской литературы. И что с того, что события в романе Антипенко происходят на несуществующем американском острове-штате, где сохранился рабовладельческий строй? Творческий полет заносил русских писателей и дальше – Иван Ефремов, к примеру, осваивал не только далекое прошлое, но и не менее далекое будущее, а Александр Грин для своих героев создавал новые континенты и страны; русская литература способна освоить любую реальность.
Определить жанр романа «Луна появится» не так-то просто.
В «Луне» много всего – и альтернативно-исторический фон («Унесенные ветром» наоборот), и африканские ипостаси мистических инноваций великого Парацельса, и иронические трансформации персонажей Толкина, и приключения в параллельной североамериканской реальности главной героини романа Агнессы Блай, и… Кто-то скажет, что это, как ни крути, – постмодерн, а кто-то решит, что это мистический экшн, кто-то может намекнуть на новый подход в осмыслении тайных базовых пружин масонства, а кто-то назовет роман эротически заточенным и так далее, и так далее…
Но так ли уж важны жанровые ярлыки? «Луна появится» – просто интересная книга.
Кстати, меня с некоторых пор интересует Финикия; про нее в романе Антипенко тоже идет речь.
Автор явно сочувствует историкам, считающим, что Финикия – это «наше все», что именно она – тайное звено, связующее европейскую и индийскую цивилизации. Эту мысль я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть, но мой недолгий визит в финикийский Керкуан (раскопки на территории современного Туниса) оставил незабываемое впечатление. Оказывается, три или четыре тысячелетия назад финикийцы знали, как надо жить по-человечески достойно. Изумрудное море, белые камни тихой гавани, цветущая древовидная герань, мраморные мозаики со знаком богини Танит – девочка, нарисованная детской же рукой… Город построен так, как будто все дома и улицы дружественны друг другу, а храм Богини делает его и возвышенно-романтическим, и уютным. Как будто ты в гостях у прекрасной рачительной хозяйки, где все на своих местах и гостям рады. Керкуан навевает ощущение, что люди могут быть счастливы, – не отдельный человек, а социум в целом. В современном мире таких мест уже нет. Но это было, а значит – может быть снова.
Хочется еще коснуться темы Луны, заявленной в названии романа. Луна, находящаяся в ведении богини (как ее ни называть – Иштар, Астарта, Танит или Артемида), всегда была и всегда будет мистическим зеркалом женского начала. Отношение писателя к женщинам не может быть скрыто от читателей, настоящий писатель весь на виду, хочет он того или нет.
Есть авторы, явно не желающие счастья своим героиням. Лев Толстой, например, устраивал им унылые замужества, каторгу, а то и вовсе – паровоз. Есть другие, и их немало, которые считают или делают вид, что женщин вообще не существует – нечто расплывчатое в юбках, обитающее на их страницах – не в счет. Писателей, хорошо относящихся к женщинам немного; Антон Антипенко несомненно входит в их число, он прямо-таки заботится о своих героинях. Я уверена – все у них будет хорошо. Луна взойдет над апельсиновой рощей.9272