Рецензия на книгу

• 

  losharik23 марта 2021 г.

  Из всех трёх с половиной миллионов евреев, когда-то живших в Польше, нацистский период пережили двести сорок тысяч.

  Владислав Шпильман – польский музыкант и композитор, один из немногих евреев, кому удалось пережить фашистскую оккупацию Варшавы. Сразу по окончании войны Шпильман решил написать книгу о тех событиях, она вышла в 1946 году и очень быстро была изъята из обращения. Только в 1998 году усилиями сына Шпильмана книга была издана сначала немецким, а потом английским издательством.

  Сейчас это кажется удивительным, ведь в книге нет никакой антисоветчины, правда есть упоминания о генерале Власове, об украинских и литовских националистах, сотрудничавших с фашистами и сильно превосходивших их по жестокости. И есть немецкий офицер, Вильм Хозенфельд, который спас Шпильмана, обеспечил ему укрытие, приносил еду и теплые вещи. Видимо, такой расклад сильно не устраивал просоветские власти Польши.

  В том, что будет война, не сомневался никто, но вот что она продлится шесть лет, не могли подумать даже самые неисправимые пессимисты. Поляки надеялись, что сразу же после нападения Германии в войну вступят Франция и Англия и в течении максимум двух-трех месяцев немцы будут разбиты. Известие о падении Парижа стало для всех настоящим шоком.

  Геноцид в стране развивался постепенно, но быстро. Первые немецкие прокламации обещали населению мирный труд и заботу немецкого государства. Отдельная пометка для евреев гарантировала им все права, неприкосновенность собственности и полную безопасность жизни. Но вскоре был опубликован новый декрет, касающийся исключительно евреев, они могли хранить дома лишь определенную сумму денег, а все прочие сбережения и ценные вещи должны были сдать на хранение в банк на заблокированный счет. Все еврейское недвижимое имущество переходило немцам. Среди множества правил было одно, требовавшее неукоснительного соблюдения, мужчины еврейского происхождения должны были кланяться каждому немецкому солдату. За трамвай евреи платили в четыре раза больше чем «арийцы».

  Вскоре по городу поползли слухи о строительстве гетто. Нацисты объявили евреев переносчиками инфекционных заболеваний, а гетто карантинной зоной, необходимой для того, чтобы избежать эпидемии. Чтобы максимально ограничить возможность передвижения, гетто было обнесено стеной, покинувших его ждал расстрел. Семье Шпильмана повезло хотя бы в том, что их квартира оказалась в зоне гетто и им не пришлось искать новое жилье. После того как все евреи были сосредоточены в одном месте, был взят курс на их полное уничтожение. Людей регулярно сортировали, одних отбирали для работы, других направляли в газовые камеры и крематории.

  Когда читаешь о судьбе Владислава Шпильмана, создается ощущение, что у этого человека был очень сильный ангел-хранитель. У Шпильмана не было какого-то конкретного плана по выживанию, часто он поступал по интуиции, а иногда, устав от всего происходящего, просто отдавал себя в руки судьбы и каждый раз такие действия спасали ему жизнь. Но было бы неправильно благодарить за все только судьбу. Большую помощь Шпильману оказали жители города, кто-то прятал его в своей квартире, кто-то приносил ему еду. И это, несмотря на то, что за подобные действия их ожидала смертная казнь.

  Хочется еще раз сказать о немецком офицере Вильме Хозенфелде. Он спас не только Шпильмана, он помог многим польским семьям. В книге приводится выдержка из его дневников, из них видно, какой ужас и отвращение испытывал этот человек по поводу всего происходящего. И таких немцев было немало. 25 ноября 2008 года Вильм Хозенфельд (Wilhelm Adalbert Hosenfeld) был по праву занесен в список праведников мира мемориального комплекса Яд Вашем.

  12

  527