Stoner
John Williams
0
(0)
Рецензия на книгу
NadCu22 февраля 2021«А чего ты ждал?» - спросил он себя»
Книга, которую одновременно хочется и забросить в дальний угол, больше не возвращаться к ней никогда, и читать, не отрываясь, пока не будет перевернута последняя страница.
Эта история попала мне в самое сердце. Я в восторге от слога автора, от акцентов, от пронзительности повествования, от того, как Джону Уильямсу удалось на 300 страниц текста уместить всю жизнь героя, уделив время всему, действительно важному.
Жизнь главного героя отличная инструкция на тему: Как упустить сначала свою жизнь, а потом загубить жизнь твоего ребенка?
Ответ: Ты должен видеть все, что происходит, думать, что сделать ничего не можешь, поэтому и не пытаться.Как сказал близкий друг Уильяма Стоунера практически в самом начале повествования о том, почему главному герою стоит оставаться в институте и не пытаться искать что-то еще:
«Большой мир тебя довольно быстро образумил бы. Там у тебя, как и у нашего друга, не было бы шансов; да ты и не стал бы сражаться с миром. Ты дал бы ему разжевать тебя и выплюнуть, а потом лежал бы и недоумевал, из-за чего так получилось. Потому что ты всегда ожидал от мира чего-то несбыточного, такого, чем он вовсе не желает становиться. В хлопчатнике живет долгоносик, в фасоли червяк, на кукурузе гусеница. Ты ни мириться не мог бы с этим, ни воевать; потому что ты слишком слаб и слишком силен. В большом мире тебе некуда было бы деться.»Так оно и есть. Единственное где Стоунер хоть как-то себя реализовал - это преподавание, которое стало его отдушиной. А вот то, что полностью упустил — это личную жизнь.
Он не попытался понять жену, у которой была серьезная психологическая травма, связанная с жестким воспитанием в родительском доме. Он предпочел просто закрыть глаза и по сути насиловать ее, что привело к ожесточению Эдит и полному краху их брака. Не зря Стоунеру на смертном одре приходят мысли:
«Ему думалось: если бы я был сильнее… если бы больше знал… больше понимал… И последнее, безжалостное: если бы я больше ее любил...»Он понимал, что жена, не видя того, что ею движет и испытывая желание отомстить мужу, вымещает всю свою боль на дочери, подменяя свои действия понятием любви и заботы о ее благе. Но просто молча смотрел на то, что происходит с его ребенком. При этом:
«Он знал — причем знал, думалось ему, с очень ранних пор, - что она из тех редких и неизменно привлекательных душ, чья внутренняя организация столь хрупка, что они не могут реализовать себя без заботливой, теплой поддержки. Чуждые миру, они вынуждены обитать там, где не могут чувствовать себя дома; жаждущие нежности и тишины, они вынуждены мириться с безразличием, нечуткостью и шумом. Живя в странной и неблагоприятной среде, эта девочка не имела в себе даже такой капли грубости, что нужна хоть для какой-то защиты от атакующих тебя грубых сил, и могла укрываться лишь в мягком молчании, в потерянности, в умаленности.»Все это конечно же приводит к тем последствием, к которым и должно было привести. И когда уже практически в конце своей жизни отцу приходят такие мысли о своей дочери:
«Они заговорились той ночью, как старые друзья. И Стоунеру мало-помолу стало ясно, что она сказала правду, что она почти счастлива в своем отчаянии; что она будет и дальше тихо проживать дни, понемножку увеличивая дозы, что год за годом она будет постепенно притуплять свои чувства, чтобы не ощущать небытия, которым стала ее жизнь. Он был рад, что у нее есть хотя бы это; он был рад, что она пьет.»- это очень страшно. И на смертном одре:
«Стоунер мог думать о дочери только как о маленькой девочке, седевшей некогда подле него в некой дальней комнате и смотревшей на него серьезно-восторженными глазами; как о прелестном ребенке, которого давно нет в живых.»И на тот момент, можно сказать, ее действительно уже давно не было в живых.
Он даже близко не пытался бороться за неожиданный второй шанс на любовь, и когда ситуация дошла до критической точки, просто позволил уйти, обосновывая это тем, что:
«По крайней мере, мы будем жить дальше, оставаясь собой. Будем знать, что мы… то, что мы есть.»Во время чтения хотелось кричать: Ну как так? Все видеть, все чувствовать, но ничего не предпринимать? Просто плыть по течению. А через время осознание: Ну а как я живу? Разве многое пытаюсь менять? А на сколько моментов я закрываю глаза?! И дальше: Не хочу так! Не хочу, чтобы итог и моей жизни был таким!
«Он мечтал о некой цельности, о некой беспримесной чистоте — а обрел компромисс и тысячи изматывающих мелочей обыденщины. Он уповал на мудрость - а обрел за все эти годы лишь невежество. «И что еще? - думал он — Что еще?»Содержит спойлеры
4 понравилось
Комментарии …
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.