Рецензия на книгу

• 

  small_talk19 февраля 2021 г.

  Ганс Шнир, сноб и эгоист, считающий себя лучше и выше других, рассказывает нам, почему ему так плохо живётся. Больше всего он страдает от того, что от него ушла его возлюбленная Мария, хотя основная его проблема мне видится в том, как он воспринимает мир, а именно, в штыки и с нескрываемым презрением.

  Ганс как будто живет наперекор и назло своим родителям, богатым промышленникам, хотя уже давно с ними не общается. Не сумев пережить потерю сёстры, он продолжает отвергать все, что связывает его с родительским домом: религию, деньги, положение в обществе. Он презирает их за лицемерие и бездушность, но сам настолько наполнен ядом и горечью, что неприятен даже мне, читателю, хотя я вроде как должна ему сочувствовать.

  Его «любовь» к Марии видится мне такой же эгоистичной, как и все, что делает и чувствует этот персонаж. Наплевал на ее убеждения, взял что захотел, а жениться - так и не женился. Какая же это любовь, если ты своими действиями причиняешь боль любимому существу? И как вообще можно винить Марию, которая вернулась к человеку, с которым встречалась до того, как Шнир ее совратил, и который разделяет ее убеждения?

  Отдельный повод для брюзжания и плевания ядом у Ганса - это католики. Каждый из католиков как будто нанёс ему личную обиду, и все как один люди никчемные и лицемерные. Гнев и презрение Ганса к католичеству были бы понятны, если бы он боролся с ним во имя Марии и вместе с ней, но поскольку она ушла от него как раз потому, что он отказался жить с ней так, как ей велит совесть, то получается, что он борется во имя себя самого и против убеждений Марии.

  Вообще история Ганса видится мне огромной трагедией. Да, он не вызывает сочувствия, да, он эгоистичен и ставит себя в центр всего мироздания, но Белль показывает, что это из-за, во-первых, воспитания, а во-вторых, того морального кризиса, в котором находилась послевоенная Германия. Когда люди, ещё вчера горячо поддерживавшие нацистов, сегодня распинаются о том, как им плохо при нацистах жилось; когда твоя собственная мать, отправившая дочь на смерть, чтобы «защитить свящённую немецкую землю от пархатых янки», теперь ездит к этим самым янки и читает лекции о расовой терпимости; когда тебя наказывают за то, что ты совершенно справедливо называешь нацистскую свинью нацистской свиньей, - после всего этого сложно не вырасти озлобленным и полным горечи. И хотя я не сочувствую Гансу из-за Марии, мне его жаль из-за равнодушных родителей, из-за разочарования в религии, из-за лицемерного окружения и из-за невозможности найти в своей жизни что-то светлое и держаться за это.

  7

  518