Рецензия на книгу

• 

  zharik9113 февраля 2021 г.

  Фашизм как поэзия XX века

  На моей памяти самая увесистая книга, которая мне попадалась. Удивительно то, как за 6 месяцев чтения с переменным успехом, фактически уложились 3 года, 9 месяцев, 16 дней, 20 часов и 1 одна минута жизни одного человека и это не считая рефлексий о воспоминаниях теплого детства с сестрой, жестокой разлуке с отцом и не менее жестокому обращению от соплеменников в закрытой школе, куда его поместили мать и приёмный отец. Сам герой рафинированный интеллектуал, свободно говорящий на немецком, французском и греческим. Хотел бы заниматься литературой и философией, но выучился на юриста, что поспособствовало дальнейшей карьере в службе СД.

  Уже с самого вступления, книга подкупает своей искренностью, где не остается сомнений, что перед нами живой человек. Невероятно, многослойная, честная с многочисленными отсылками к другим произведениям: “Воспитание чувств” Флобера, “Герой нашего времени” Лермонтова, «Повелитель мух» Голдинга и даже “Семнадцать мгновений весны”. Книга поделена на главы с названиями фаз барочного танца, где каждая соответствует локации Восточного фронта: Украина-Кавказ-Крым, Сталинград, Германия-Польша-Венгрия-Австрия, Поместье мужа сестры в Померании, Берлин. Стоит заметить, что деятельность главного героя всегда вторичная, то есть напрямую он никак не влияет на происходящее вокруг, ибо он занимается либо аналитикой, сбором данных и составлением отчетов или пересылкой депеш. В книге герой встречается с немалым количеством интересных персонажей, чья судьба провоцирует на сложные противоречивые размышления. К примеру, с большевиком Правдиным под Сталинградом, где он подводит к тому, что нацисты не сильно далеко ушли от большевиков заменив классы на нации или с надзирателем Дёллем, примерным семьянином, занимавшимся умерщвлением душевнобольных, инвалидов и заключенных. В последнем случае, автор в доступной форме размышляет на тему относительности добра и зла, где надзиратель Дёлль несет ровно такую же ответственность, как и его сосед, которому просто посчастливилось не заниматься этим. Хотя уже в начале автор доходчиво объяснил, что «Как Маркс завещал, что рабочий отчуждается от своего труда, так и во время войны, каждый житель отчуждается от ответственности в своих действиях». Тема ответственности местами размывается и поднимается даже на уровне языка. Практически во всех составленных ими отчетах, как он рассказывает, присутствовал страдательный залог: “было сделано …”, «евреи были отправлены туда-то», словно действие было произведено самой собой. С некоторыми персонажами герой встречается неоднократно в разных локациях. Перечислю кратко основных, которые мне запомнились.

  Томас – главный друг героя, который тоже вымышленный и по некоторым мнениям аналог Мефистофеля из Фауста. Ушлый, обаятельный, хитрый, не терпящий одной и той же женщины дольше месяца. Практически во всех диалогах так или иначе обнажает нам все интриги и сплетни, творящиеся внутри руководства Рейха. При всех вышеперечисленных качествах до конца верный идеалам Третьего Рейха.

  Оснабругге – офицер Вермахта, специализирующийся на мостах, горячо любящий свою работу и вечно льющий слезы при встречах с героем о необходимости подрыва, а не возведения мостов.

  Хоэннегг – офицер Вермахта, военный врач, в Сталинграде исследовал основные причины смерти солдат, был в полном восторге от происходящего с формулировкой: «Такого количества материала у меня не было за все голы практики!». После беседы с ним, понимаешь, что больше всего солдат сгинуло тогда от холода, диареи и сопутствующего обезвоживания. Был всегда в хороших отношениях с героем.

  Хелена Андерс – девушка с которой, главный герой виделся в начале то в бассейне, то в трамвае, но полноценно познакомились во время авианалета британцев в бомбоубежище. Пожалуй, одна из самых трогательных сцен знакомства, которые мне довелось представлять. Полюбила героя, но любовные отношения изначально были обречены на провал.

  Фосс – лингвист, служивший на Кавказе, для которого данный регион Эльдорадо, ибо столько языков в одном нет месте нет нигде в мире. Упоминал и был одержим убыхским языком, который практически вымер, но в котором аж 78 согласных. Больше нет ни у одного языка столько.

  Клеменс и Вебер – сыщики, преследующие героя за убийство, которое герой не признает и не совершает в книге, по крайней мере, напрямую, но становится свидетелем постфактума. Играют роль неких демиургов, наряду с Леландом и Мандельбродом, которые покровительствуют над героем и всячески способствуют продвижению по карьерной лестнице.

  Уна – сестра главный героя. Главный и недостижимый объект любви и обожания. Настолько, что во время секса с мужчинами он ставит себя на её место, словно он же и овладевает ей. Причина, почему их разлучили в детстве.

  В книге не будет героических лозунгов и подвигов на линии фронта. За всю книгу есть только одна сцена с убийством врага в образе красивой еврейки выстрелом в лоб, где герой спускаются по оврагу и переступает через груды трупов, крови и вопящих от боли евреев, согнавших в «Бабий яр», ставшим последним пристанищем для многих евреев. Эта лишь одна из многих грязных, смердящих сцен с насилием, кровью, воплями, опустошенными и изможденными заключенными, которых гонят от лагеря к лагерю, в темные шахты без надежды выбраться обратно, обезумевшими солдатами-надзирателями, ставшими извращенцами и навеки потерявшие прежние сексуальные предпочтения.

  В книге по нескольку раз озвучиваются причины, по которой немцы решились на окончательный «еврейский вопрос». Ближе всех мне понравилась формулировка от сестры главного героя: «Убивая евреев, мы хотели убить самих себя, убить в себе еврея, вытравить в себе то, что мы приписываем евреям. Убить в себе толстого бюргера…». Если перефразировать, то немцы хотели быть похожими евреев, а евреи хотели быть похожими на немцев. Вечный и непостижимый танец между национальным и божественным.

  Это лишь малая часть вопросов и тем, которые поднимались на протяжении романа, по каждой из которых можно раскопать и написать другую. Подробно пересказывать все содержание нет смысла, а конец думаю нам всем понятен. Впечатлительным я настоятельно не рекомендую читать данную книгу. Если же ждете экранизации, то не надейтесь, потому что данная книга не экранизируемая и молюсь, что никто не решиться взяться за неё. Книга, которая была обречена стать бестселлером и классикой. Книга, к которой историки будут не раз обращаться, ибо это выдающаяся исследовательская работа.

  4

  525