Рецензия на книгу
Имя розы
Умберто Эко
korsi5 августа 2012 г.Это повесть о книгах, а не о несчастной повседневности; прочитав её, следует, наверное, повторить вслед за великим подражателем Кемпийцем: «Повсюду искал я покоя, и в одном лишь месте обрёл его — в углу, с книгою».
К этой книге я подбиралась лет десять, если не больше: с тех самых пор, как ее прочитала моя мама, и дома деваться было некуда от восторженных обсуждений этого, по маминому выражению, «компьютерного романа». Фильм был просмотрен не раз и не два, с купюрами и без, в разных переводах и даже, кажется, без оного. Сильно позже я вновь столкнулась с Эко перед экзаменом по зарубежке, и попадись мне билет по «Имени Розы», я бы отбарабанила его не сморгнув: про Хорхе-Борхеса и Адсона-Ватсона, интертекст и цитацию и чего ещё изволите, — но сам роман прочитать было недосуг. Так и вышло, что я приступила к чтению, когда знала о тексте практически всё, кроме собственно текста. Весьма постмодернистский подход.
Конечно, открывая книгу, я уже понимала, что передо мной — не просто детектив, а по словам самого автора, — «такой детектив, в котором мало что выясняется, а следователь терпит поражение». Да и роман не только о догадке и поиске истины. Это роман-лабиринт и роман о лабиринтах, духовных и вещественных; об Апокалипсисе, который ожидался, но наступил совершенно случайно, и об Антихристе, который уверовал в своё божественное предназначение; и не в последнюю очередь — о людях, которые владеют книгами, и о книгах, которые владеют людьми. Неслучайно местом действия выбрано, разумеется, Средневековье, эпоха, когда книги были сокровищем, а знания, зачастую, — ядом. Маэстро Эко изваял поистине головоломнейшую безделушку, ибо это ещё и превосходный развлекательный роман, в конце концов. Такой себе шарик в шаре, вырезанный из цельного ореха-кракатука.
Но больше всего меня ещё с детских лет занимал образ повествователя (позже принявший вид няшного Кристиана Слэйтера). Поэтому лично для меня эта книга — в первую очередь об ученике и его Наставнике. Они друг друга стоят и замечательно дополняют, им есть чему друг у друга поучиться, хотя в конце концов каждый из них избирает свой путь. Есть теория, по которой Адсона (видимо, по созвучию переводного имени) сравнивают с Ватсоном, — но я бы сказала так: чушь это всё собачья. Доктор Ватсон вернулся с афганской войны, у него два раненья пониже спины, он взрослый мужик и матёрый вояка, ему уже никогда не стать мудрецом. То ли дело юный Адсон, с вечно распахнутым ртом, сердцем и разумом. Все хитросплетения жизни проходят пред его очами, а он любуется ими, как фресками в соборе, и умиляется, и ужасается, и ничегошеньки не соображает. Конечно, без Адсона-мальчика, и тем более без Адсона-старика, этого наивного мудреца, история была бы и вполовину не такой прекрасной. Не зря маэстро Эко, по собственному признанию, хотел сначала назвать роман попросту «Адсон из Мелька».
В остальном о книге сказано уже более чем достаточно, и лучше всего не ходить вокруг да около, а по примеру Фомы Кемпийского на краткое время обрести покой в уютном углу с этой прекрасною книгою.101670