Рецензия на книгу

• 

  Kumade11 ноября 2020 г.

  В пролёте с бунтом против аспидистры

  У нее, у нее на окошке герань,
  У нее, у нее занавески в разводах.
  А у меня, у меня на окне ни хрена,
  Только пыль, только старая пыль на комодах.
  В. Высоцкий

  К своему стыду, я ещё не читал «1984», самый известный роман Оруэлла, но с творчеством писателя знаком. Лет 18 назад на меня произвёл сильное впечатление «Скотный двор», а в прошлом году читал и даже рецензировал его обширное эссе о Диккенсе. Узнав о романе, которого сам автор якобы стеснялся, и посмотрев пару-тройку роликов чморивших его кривляк-буктьюберш, я понял, что книга просто обязана мне понравиться. И не ошибся!

  Думаю, автор испытывал стыд не за сам роман, а за то, сколь непригляден в нём получился главный герой, поскольку образ-то автобиографичный. Но тем ценнее самокритичное переосмысление инфантильного упрямого нигилизма, когда отрицание богатства оборачивается тем, что деньги становятся идефиксом и затмевают всё и вся, а «абстрактный лозунг торжествует над здравым смыслом». Объявляя войну желанию наживы, великовозрастный идеалист с задатками литературного гения (по собственному мнению), он отказывается от любой работы, сулящей карьерный рост, и просто исходит язвительной слюной, чтоб только не глотать завистливые слюнки. Пресловутый фикус (интересно, почему именно его, а не, скажем, герань выбрал переводчик вместо оригинальной аспидистры, она же «дружная семейка»?) олицетворяет для него мещанство и саму погрязшую в снобизме Англию. Нет, Гордон Комсток — аристократ духа! Он превыше всего мелочного — а на поверку собственная мелочность у него зашкаливает, а снобом в первую очередь является он сам. Он подмечает характерные психологические типажи, наблюдая за покупателями книжного магазина-библиотеки. Он находит неизбитые образы в гопнике-ветре, назойливой рекламе и деловой суете Ист-Энда, строка за строкой создавая пронзительное стихотворение из «когда б вы знали какого сора». И наблюдать за творческим процессом интересно. Но сор, порождающий его — отвратителен! Да он и сам себе отвратителен, но упрямо держится надуманных и не имеющих выхода принципов. А все увещевания: родных, друзей, любимой, — всё впустую. «Абстрактный лозунг» продолжает торжествовать…
  
  Да, роман приятным не назовёшь. Но и назвать его никчёмным, за который должно быть стыдно, язык не поворачивается. Стыд-то как раз и покажет, что авгиевы конюшни души ещё не до конца расчищены, а беспочвенное желание казаться экстравагантным, независимым и непререкаемым до конца не изжито. А в первую очередь это стыд за то, что глупое бунтарство невозможно без мелких, но многочисленных компромиссов, и в итоге всё равно придётся им поступиться. Вообще, трагедия Комстока сродни трагедии Обломова, но лишённого, вернее лишившего себя тылов, что и повлекло подмену понятий и бунтарские «донные» ориентиры. Хотя и Штольц-Равелстон, и Ольга-Розмари тоже другого порядка. Но в целом коллизия та же, с точностью до наоборот меняющаяся в духе времени, но не по сути. «Нравственность общества, греховность особей — дилемма, старая как мир.»

  А ведь в самом деле, не стоит читать эту книгу в уютном мирке красочных фолиантов, фикусов, аспидистр, гераней, фенечек, блестяшек и прочего, мирке обустроенном по канонам фэн-шуя и хюгге, млея от своей удачливости и крепкой жизненной позиции, не идущей вразрез с мнением большинства. Зачем вносить в него разлад, узнав в таком несимпатичном герое подспудно подавляемые черты себя любимого/любимой?
  

  
  Что ж, очевидно, слишком сильно бурлят жизненные соки, чтобы презреть обыденность и добровольно изъять себя из потока реальности.

  39

  982