Рецензия на книгу

• 

  Kur_sor22 октября 2020 г.

  Это был неожиданный приятный сюрприз.
  Среди многих книг научно-популярной литературы эта оказалась благоухающим цветком в пыльной библиотеке с тщательно охраняющими сотни древних томов консервативными служащими.

  И пока читаешь её, невольно проникаешься уважением к автору как к человеку. Хотя как раз употребление слова «человек» в данном контексте прозвучит смешно, ведь даже посвящение у книги выглядит так: «Катерине, моему любимому примату». Речь, конечно же, здесь идёт о человеке — о его жене.

  Если после этих строк у вас сложилось впечатление, что Вааль – двинутый на обезьянах чудак, спешу вас разубедить: более адекватных, трезвых и даже мудрых рассуждений в нонфикшн мне ещё встречать не доводилось.
  Во-первых, в противовес всем биологам, когда-либо бравшимся за перо, он не отрицает бога. Чего можно добиться этим отрицанием – ненависти и очередной порции необъективных врагов твоих теорий, говорит Вааль. И после этого объясняет, что такое религия, какую роль она играет в обществе и для чего нужна, и почему в любом обществе она неизбежно возникнет. Всё это кажется настолько очевидным, что просто диву даёшься, как это до сих пор тебе самой не приходило в голову тех же рассуждений. Не опиум для народа, а примитивнейшее (в хорошем смысле, читайте: легкодоступное) средство, помогающее объединяться в социальные группы, чувствовать себя среди единомышленников, не быть в одиночестве. Ведь тех же христиан или мусульман неизмеримо больше, чем представителей какой-либо профессии, и мусульманину гораздо проще среди людей вокруг найти единомышленника, разделяющего его вероисповедание, нежели учёному такого же учёного собрата, способного так же воодушевляться исследованием. С этой точки зрения, по Ваалю, атеизм – тоже религия.

  Беда начинается тогда, когда представители одной религии объявляют джихад всем другим (а ведь каждый мнит свою религию единственно правой). Даже стремясь «насадить добро», миссионеры привели к разрушению и упадку цивилизации индейских племён. С другой стороны, межвидовая и внутривидовая борьба – естественный механизм выживания. Но как все социальные животные, человек преимущественно стремится к мирному существованию и к урегулированию безобразий. Однако убеждённость в своём превосходстве над иными видами очень трудно искоренить.
  

  
  В социальных и гуманитарных науках идея исключительности человеческого рода сохраняется и сегодня. Эти науки так сопротивляются всяким сравнениям человека с другими животными, что их беспокоит даже словосочетание «с другими».

  И действительно, от многих выходцев с социологических факультетов мне не раз приходилось слышать постулат о том, что у людей нет инстинктов, а есть они только у животных. Мнение о собственной исключительности отчасти тоже приводит к антропоцентрическим ошибкам: во-первых, люди спешат отказать в сообразительности животным на том основании, что они не могут совершить какое-то действие (например, узнать себя в зеркале), исходя из неправильно поставленных экспериментов (показывать слону зеркало с ладошку, в которое он увидит не более чем часть своей ноги, в то время как слон, которому показали всё его тело, быстро себя идентифицировал в отражении), во-вторых, на основании того, что животные не торопятся совершать те действия, которые попросту не свойственны устройству их организма (тот же слон не орудует палками, потому что хобот – орган обоняния, которое у них развито в разы мощнее, нежели у человека, и если этот орган выйдет из строя, то слон станет гораздо хуже ориентироваться в пространстве). Всё это, увы, свидетельствует о глупости, либо неумении выйти за рамки привычного для человеческого организма образа жизни самого человека.

  К сожалению, многие политики, строящие разнообразные утопические модели общества, при всём при этом совершенно исключают биологическую основу. Но без понимания, откуда что берётся, невозможно построить идеальное общество. Именно по этой причине я советовала бы Вааля всем, включая тех, кто биологией вообще не интересуется, потому что после этой книги станут понятны механизмы человеческих социальных поступков в том числе, таких, которые большинство с биологией никак не связывает.

  По прочтении почтительно склоняю голову. Вааль — Примат с большой буквы!

  9

  530