Рецензия на книгу

• 

  olgavit

  6 октября 2020

  Мир ничему не научился.

  У этой книги два варианта. Первый был напечатан в журнале "Юность" в 1966 году, второй вышел в Лондоне в 1970 году. Различия во втором издании сделаны так

  
  
  Обыкновенный шрифт – это было опубликовано журналом «Юность» в 1966 г.
  Курсив – было вырезано цензурой тогда же.
  Взятое в скобки [ ] – дополнения, сделанные в 1967-69 гг.

  Я читала второй вариант невольно анализируя, что и почему понадобилось удалить при рецензировании и что сподвигло Кузнецова дописать в эмиграции куски, пронизанные обидой и злобой к СССР и всему , что с ним связано.

  Начало войны. 19 сентября 1941 года был взят Киев

  
  шатались по Крещатику, и было нам хорошо, и ничего-то мы не знали: что уже принято решение сдавать Киев без боя

  пишет Анатолий Кузнецов. Почему без боя? Если

  
  Советские потери в боях под Киевом в июле-сентябре 1941 года составили свыше 700 тыс. человек. В эти цифры входят людские потери при обороне собственно самого города Киева по рубежу Киевского укреплённого района. Они составили около 48000 человек общих потерь для РККА .

  Это уже из других источников.

  Серия взрывов прогремела в оккупированном городе буквально через несколько дней после того, как фашисты заняли город. Взрывы привели к разрушению важных объектов, памятников архитектуры и жилых домов в основном на Крещатике, пострадали и мирные жители. Отступая, советские армейские подразделения заминировали Киев. На сегодня не существует единой точки зрения относительно ответственных за уничтожение исторической части Киева. Полное недоумение и негодование вызвала в книге версия автора, согласно которой первые аресты и расстрелы евреев, которые начались 29 сентября 1941 года Анатолий Кузнецов связывает именно с этими взрывами.
  

  
  Но был еще один, самый зловещий аспект Крещатика: обозлить немцев для того, чтобы, озверев, они сняли чистые перчатки в обращении с народом. Госбезопасность СССР провоцировала немцев на беспощадность. И немцы на это клюнули.

  По его версии получается так: пришли культурные и веселые немцы, их взорвали нквдэшники, они озлобились и потому начали евреев расстреливать в Бабьем Яру.

  Об облавах, устроенных на евреев, о предательстве со стороны мирных граждан, о первых расстрелах в Бабьем Яру (этот рассказ записан со слов спасшегося свидетеля Дины Проничевой), о массовом голоде в Украине 1932-1933 годах, о людоедстве, о лагере для военнопленных в Дарнице (в рассказе бежавшего солдата Василия) , о Сырецком лагере , выстроенном рядом с Бабьим Яром ( в рассказе Владимира Давыдова) читать очень тяжело, волосы дыбом. Расстреливали в Яру не только евреев. За поджоги, несоблюдение комендантского часа, уклонение от работы людей любых национальностей арестовывали прямо на улице, среди белого дня. Здесь же были уничтожены больные большой психиатрической клиники, цыган везли убивать целыми таборами. В 1943 году перед отступлением фашисты свозили в Бабий Яр

  
  врагов самых разношерстных: от какого-нибудь чудака, рассказавшего анекдот, до пекаря, утаившего буханку хлеба и тому подобных «саботажников». Немцы убивали даже своих слуг, своих холуев, которые слишком много знали
  

  Обращаясь к читателю, писатель неоднократно повторяет

  
  Рассказываю о том, что происходило со мной самим, о том, что видел своими глазами.

  В итоге про Бабий Яр в книге не так много информации, она получилась скорее о жизни семьи Кузнецовых в условиях оккупации, о друзьях Анатолия. Насколько это произведение объективно мне очень сложно судить, не могу относится с полным доверием к мнению человека, который в Предисловии говорит о Евтушенко, как своем друге, а в итоге пол года доносил на него, чтобы выехать в Англию , который из-за бугра вставляет в книгу антисоветские куски, со злобой пишет о чиновниках и партийцах , а живя в СССР

  
  Вообще Анатолий Кузнецов – персонаж оруэлловский. Как и герой романа «1984», он ненавидел советскую власть исподтишка. В официальной же жизни сиживал в президиумах партсобраний, произносил не только дозволенные, но и излишне хвалебные речи, пользовался теми благами, что ему причитались.

  Это пишет о нем Андрей Лучников, Независимая газета, 13.11.99

  Впрочем писатель и сам признается

  
  Да, я пишу тенденциозно, потому что даже при всем стремлении быть объективным, я остаюсь живым человеком, а не счетно-вычислительной машиной.

  23 понравилось

  0

  842