Рецензия на книгу

• 

  winpoo4 октября 2020 г.

  Высший пилотаж ординарности

  Я уже давно заметила, что как только захочешь необременительного детективного чтения, почти стопроцентно попадаешь на ерунду. И эта книга почти с самого начала была кандидатом на это.

  Прежде всего, меня смущал какой-то искусственный концепт «последних девушек» и описанный автором некий нелепый ажиотаж вокруг тех, кто выжил в коллективной маньячной резне, ведь хорошо известно, что даже самые жестокие преступления, сойдя с газетных заголовков, со временем (а здесь прошло больше десяти лет) забываются, и никто особенно не помнит о выживших и не преследует их журналистскими расследованиями и неудовлетворенными полицейскими подозрениями, тем более если они смогли вернуться к обычной жизни.

  Во-вторых, мне мешало настойчивое авторское сгущение красок вокруг Тины-Саманты, чтобы уж непременно направить читателя по ложному следу. Он столько сделал для того, чтобы все подозрения пали на нее, что когда ситуация стала выруливать в другую сторону, я, приготовившись было к финальному разочарованию, даже испытала облегчение.

  В-третьих, я устала от сильной затянутости этой истории: больше половины книги мало что происходит (по большей части героини что-нибудь пекут, ведут довольно бессмысленные разговоры, выпивают и закидываются ксанаксом), и автор маленькими порциями скармливает читателям эпизоды прошлого, перемешивая их с настоящим, и только к концу припасает все свои навороты, да и те проборматывает сгороговоркой.

  В-четвертых, мне показались довольно-таки неприятными все герои. Собственно, среди них не обнаруживается полностью положительных, разве что невнятный и не очень-то нужный сюжету Джефф, да оставшаяся за кадром третья «последняя девушка» Лайза. Пустые «мыльносериальные» разговоры, бессодержательные занятия, убогие сексуальные сцены, отсутствие полноценного саспенса – вот, собственно, и все. Тем не менее история получилась, хотя и сумбурно-бестолковая, но довольно витиеватая. Автору так и хочется сказать (не без язвительности): «Садись, пять!», хотя на самом деле - ординарный трояк.

  33

  833