Рецензия на книгу
Воспоминания о войне
Николай Никулин
foxkid17 мая 2012 г.Такие книги нужны не только для того, чтобы знать, что такое война. Они нужны для того, чтобы учиться анализировать и отделять зерна от плевел.
Мемуары о войне очень тяжелые, жестокие, и ужасаешься, когда в авторском послесловии говорится:Ужасы войны в ней сглажены, наиболее чудовищные эпизоды просто не упомянуты. Многое выглядит гораздо более мирно, чем в 1941 — 1945 годах. Сейчас я написал бы эти воспоминания совершенно иначе, ничем не сдерживая себя, безжалостней и правдивей, то есть, так как было на самом деле. В 1975 году страх смягчал мое перо. Воспитанный советской военной дисциплиной, которая за каждое лишнее слово карала незамедлительно, безжалостно и сурово, я сознательно и несознательно ограничивал себя
В это поверить трудно, настолько же сложно принять эту книгу целиком и полностью без рассуждений. Я бы условно поделила ее сюжет на три взаимосвязанных линии:- То, что автор видел своими глазами.
- То, что он услышал от кого-то, слухи и домыслы, которые он описывает как достоверные факты.
- То, как автор относится к Советскому союзу в целом и социалистическому строю в частности.
Например, он пишет: "За провал боев генералов тогда часто снимали, но вскоре назначали в другую дивизию, иногда с повышением. А дивизии гибли и гибли". Может ли он точно знать о рокировках генералов? Или исключительно по-наслышке? И тем не менее это преподносится как повсеместная практика. Я не говорю, что это было или этого не было. Просто эти сведения - недостоверны. У автора не было допуска к приказам во время войны и после он также не мог проследить, как и почему происходили перестановки в армии. Но эта фраза идет как раз после описания личного столкновения с генералом, а потому может восприниматься как факт, подтвержденный личным опытом. Такой переход от частного к общему характерен для книги. И уже читатель думает, что так было везде.
В книге положительных людей можно сосчитать по пальцам. А когда доходит до ввода наших войск в Германию - из положительных остается только автор, который единственный не насиловал немецких женщин. Мне жутко читать его рассказы, но одновременно вот эта позиция "все вокруг делали, а я - нет" и настораживает. Невозможно, чтобы в той толпе, именуемой армией, не было второго такого солдата. То, что творилось - подчинялось закону стадности. Но тут правило такое: либо ты подчиняешься стаду, либо ты не один, кто не идет со всеми.
Я, может быть, не очень понятно объяснила. И заранее прошу прощения у тех, чьи чувства задела своей рецензией. Но я не могу читать с четкой мыслью:"Это же писал ветеран, значит спорить с ним и рассуждать не сметь!" Конечно, я сама ничего не знаю о войне (и слава Богу!). Рассказы, которые я слышала, шли из уст оставшихся в тылу. Единственного выжившего прадеда, воевавшего и награжденного, после войны посадили в тюрьму. И он никогда не обсуждал ни войну, ни за что его посадили. Мне не с чем сравнить воспоминания автора.
Но я не могу принять книгу целиком и полностью. Слишком неоднозначное впечатление остается.15524