Рецензия на книгу
Избранные дни
Майкл Каннингем
AntonKopach-Bystryanskiy14 сентября 2020 г.когда избранные в трёх веках дни — с Уитменом на устах...
Ещё одно доказательство, что талантливый писатель талантлив в написании любой книги (даже такой необычной и не особо популярной как эта). После триумфа с романом «Часы» он обратился к темам времени и вечности, к глобальной теме изменившегося из-за стремительного прогресса мира, к сегодняшнему дню и далёкому будущему, к творческой (художественной) сути человека, которая способна убивать и воскрешать, вдохновлять жить и оставлять наедине со своей болью. Он написал три романа в одном. Он вновь оставил меня голодным и жадным ...к красоте.
⠀
Майкл Каннингем, «ИЗБРАННЫЕ ДНИ», издательство Corpus, 2020.
Изящно и в своём непревзойдённом стиле искусного рассказчика Каннингем сплетает воедино три повести, три времени с одним пространством, городом Нью-Йорком в центре:
• 19 век с началом технического прогресса,
• • наше время после трагедии 11 сентября 2001 года с растущим страхом перед терроризмом,
• • • далëкое будущее на Земле — после атомных взрывов и открытия обитаемой планеты.
⠀
⠀
• Первая история «В машине» погружает в Нью-Йорк с растущими заводами и с механизацией рабочего труда. Здесь одна семья переезжает из сельской местности, но теряет кормильца Саймона, которого "съела" машина. Его младший братик Лукас, ещё подросток, оставляет школу, чтобы прокормить родителей. У него только томик стихов Уолта Уитмена, он их выучил наизусть, так что почти говорит ими с окружающими. Он хочет помочь невесте погибшего брата ткачихе Кэтрин и покормить оказавшуюся не совсем в себе маму и больного, дышащего через кислородную трубку, отца. Нуарно-виртуозно сплетает историю Каннингем, придавая мистический налёт этому рассказу, в котором глазами подростка мы смотрим на человеческую трагедию, на первую влюблённость, жертвенность... Сам Уитмен с его сборником «Листья травы» становится героем этой части, да и всей книги.
⠀
«Он стоял, неотрывно глядя на созвездия. Сюда его послал Уолт, и здесь он понял. Решил, что понял. Это и был его рай. Не Бродвей и не лошадка на колёсиках. А трава, и тишина, и звёздное небо. Его рай — то, о чём из вечера в вечер говорила ему книга. После смерти он покинет ущербное тело и превратится в траву»⠀
Вторая часть — о дне настоящем — называется «Крестовый поход детей». Это почти криминальный триллер о терактах в Нью-Йорке, которые совершают дети. Психолог из полиции по имени Кэт, чёрная эффектная женщина за тридцать, работает в террористическом отделе, встречается с красавцем с Уолл-стрит Саймоном. В прошлом она потеряла сына Люка и развелась с мужем. Она идёт по следу детей, которые читают наизусть отрывки из Уитмена, она хочется понять, зачем они это делают и кто ими управляет. И параллельно она начинает понимать, чего же она хочет и зачем ей судьба дала этот шанс спасти ребёнка.
⠀
Третья часть «Как красота» рисует картину будущего, в котором почти человеческий андроид Саймон совершает побег из охраняемой зоны Нью-Йорка, почти идеальной для туризма. Большая часть штатов живёт по своим законам, а элита проживает в своеобразном анклаве, им прислуживают инопланетяне, похожие внешне на смесь рептилии и человека. Саймон совершает побег с такой инопланетянкой Катариной, по пути они попадают в религиозную секту, из которой убегает мальчик Люк, с рождения носящий на себе следы уродства. В Саймона его создатель загрузил все стихи Уитмена, которые он периодически вспоминает (напоминает Брэдбери, где в «451 градус по Фаренгейту» оставшиеся люди на Земле как носители собрания сочинений того или иного писателя). Мы становимся свидетелями не только фантастического путешествия, но и пути "очеловечивания" машины, которая начинает понимать, что же это такое — красота.
⠀
«Она сказала: Бог — это священная машина, которая любит нас так неистово, так совершенно, что пожирает нас, всех нас. Для этого мы и являемся на свет — чтобы быть любимыми и пожранными»⠀
Удивительно, как Каннингем сумел создать цельный роман из частей, исследуя природу человека в связи с технологиями, природную чуткость к красоте и художественности — в связи с меняющимися эпохами и вызовами времени, тягу к любви и вневременному — посреди хаоса и мимолётности бытия. Это прекрасная притча о жизни и литературе, об их взаимном проникновении, о том как Слово может убивать и оживлять. Первая и третья части особо мне понравились. Как всегда, Каннингем показывает мастерство и умение ставить важные этические вопросы, актуальные во все времена.
⠀
Большая цитата:
«Посмотрите вокруг. Много вы видите счастья? Много радости? Американцы никогда ещё не знали такого процветания, жизнь никогда прежде не была такой надежной и безопасной. Люди никогда не жили так долго и в таком добром здравии — никогда за всю историю человечества. Человеку, жившему не слишком давно, каких-нибудь сто лет назад, нынешний мир показался бы земным раем. Мы умеем летать. У нас не крошатся зубы. Наши дети не умирают в одночасье от лихорадки. Больше нет навоза в молоке. И молока у нас хоть залейся. Церковь не отправляет нас на костёр за малейшее расхождение с её точкой зрения. Старики никого из нас не забьют камнями по подозрению в прелюбодеянии. У нас не случается неурожаев... Но взгляните на нас повнимательнее. Мы так разжирели, что могилы приходится рыть шире. Наши десятилетние дети принимают героин или убивают восьмилетних, а порой делают и то и другое вместе. Разводимся мы быстрее, чем заключаем браки. Вся наша еда должна продаваться в герметичных упаковках, чтобы кто-нибудь не отравил её или не напихал бы иголок, если отравить не получится. Каждый десятый из нас сидит в тюрьме, мы не успеваем строить всё новые и новые тюрьмы. Мы бомбим другие страны только потому, что они нас раздражают, а тем временем большинство из нас не способно найти эти страны на карте, не знает даже, на каком континенте они находятся... Вот и скажите мне, неужели всё это в порядке вещей? По-вашему, так и должно продолжаться дальше?»131,2K
