Логотип LiveLibbetaК основной версии

Рецензия на книгу

Les Bienveillantes

Jonathan Littell

  • Аватар пользователя
    morrrena12 сентября 2020 г.

    Ауэ меня предал.

    Что делать после этой книги – я не знаю. Как жить после этой книги – я не знаю. Пытаться ли призвать кого-то ее прочесть – я не знаю.

    20 дней я провела с Максом Ауэ. Человеком из СС, СД. Человеком, которого заслуженно можно назвать палачом. Человеком, от чьего имени ведется повествование.

    Германия и начало войны, Украина и массовые убийства евреев, Кавказ и отпуск с постоянно витающим в воздухе "окончательным решением еврейского вопроса", Россия и "котел" в Сталинграде, снова Германия и выздоровление, и повышение, и рейхсфюрер, Франция и встреча с матерью, опять Германия и очередное повышение, и помешательство, и конец войны.

    Литтелл изучил какой-то невозможный исторический пласт и умудрился практически с документальной точностью запихнуть это все в 700 страниц интереснейшей книги. Он придумал Максимилиана и заставил его говорить. Не как на исповеди. Просто говорить. Много и долго. Почему это не надоедает, а заинтересовывает? Кто бы знал...

    Макс – не тот персонаж, в которого можно влюбиться. Однозначно нет. Такими были пара его друзей, но никак не он. Однако за ним хочется наблюдать, с ним возникает желание поговорить, подискутировать, а порой просто по-человечески понять. К слову, последнее странице на пятисотой показывается совершенно нереальным.

    Я читала последние сто пятьдесят страниц так, будто вот-вот переживу сердечный приступ. А, дочитав, плакала слишком долго, уйдя в ванную и пытаясь собрать себя по кусочкам.

    Это были не слезы от окончания книги, не слезы жалости к Максу. Нет. Слезы несправедливости, непонимания, предательства, боли. Чего угодно, но только не жалости к оберштурмбанфюреру Ауэ.

    Отсылка к древнегреческой мифологии в названии была мной разобрана только после прочтения. Я просто отметала это все на второй, третий, десятый план. В прочем, внутри произведения предостаточно размышлений и возвращений к Электре и Оресту.

    Автор "HHhH", Лоран Бине, в пух и прах разнес "Благоволительниц", написав об этом целое приложение, не вошедшее полностью в книгу о Гейдрихе. Там оставались лишь фрагменты. И я эти фрагменты помню. И Бине имел на них полное право. Хотя, признаться, ими он же и подогрел мой интерес к работе Литтелла. Так бывает.

    "Благоволительницы" не только о войне, не только о расправе над евреями, не только о принятых решениях и ужасных эпизодах. В самом начале поднимается вопрос о том, зачем же нацисты все это творили, как могли. И ответ находится довольно быстро: будь мы на месте этих людей, в тех же обстоятельствах, когда стреляют и убивают наших родных и близких, мы сами стали бы такими же. Кто-то в бóльшей степени жестоким, кто-то в меньшей. И, черт побери, я читала "Волну". Я не хочу соглашаться с этим, но и не согласиться не могу.

    Помимо всего прочего, книга показывает разных людей: верящих и разочарованных, образованных и заинтересованных, жутких и скользких, людей, способных на предательство и убийство без угрызений совести, людей мстительных, людей способных любить и не способных осознавать, людей потерянных, людей, забывающих прошлое и потерявших будущее, и тех, кто за несколько эпизодов превращается в самое омерзительное животное. И знаете что? Все, что я перечислила, органично соединяется (в разных пропорциях) в одного единственного человека – главного героя, Макса Ауэ. И, клянусь, сейчас мне страшно от осознания, что я "была рядом" с этим человеком на всех стадиях.

    Более того, есть вещи, которых я никогда и ни за что не смогу Ауэ простить. Часто вы не можете чего-то простить книжному герою, м? Часто ли чувствуете,  что он по-настоящему предал вас?

    Это одна из самых значимых книг в моей жизни. Бесспорно. И то, как она меня разрушила, только доказывает ее значимость. Однако я действительно не знаю, имею ли я хоть какое-то право советовать ее к прочтению. Мне ведь больно. Могу ли я обрекать на боль кого-то еще?

    10
    830