Рецензия на книгу

• 

  Martovskaya30 апреля 2012 г.

  Книге нет цены в первую очередь как виртуозной подборке множества-премножества историй, цитат и примеров не только из монашеской, но и церковной жизни вообще. Ну просто патерик! И не дешевки собраны, нет, а действительно умные вещи. Очень интересно. Мало того, автор отлично разбирается не только в теме, но и в том, как структурировать все имеющееся у него обилие фактов. Ничего не пересекается, не повторяется, все по пунктикам тщательно рассортировано – рай для перфекциониста.
  И язык льется прямо, все плавненько перетекает из первого во второе и далее, и далее – чистая река. Мне понравились и тип изложения, и цельность точки зрения автора. Никого не защищает и никого не обвиняет. Так просто – рассказывает что знает, да и рассказывает. И со стороны мира зайдет, и со стороны иноков, и глазом прессы посмотрит, и мерками культуры измерит. Все есть.
  Есть и специальная терминология, конечно – «канон», «катавасия», «киновия» и прочие - но это не мешает восприятию. Когда я впервые читала «Плач», вообще никаких церковных слов не знала, а проглотила на одном дыхании. Сейчас чуть более подкована в теме – и при перечитывании все то же приятное чувство. Значит, оно объективное.
  Кстати, о названии. Третья птица – это современное монашество.
  О том, чем оно отличается и чем похоже на двух птиц-предшественниц, и написана эта книга.

  
  

  Может быть, пребывающих в миру посещает иногда безумная мысль: а вдруг правы черноризцы и действительно нельзя, словами Алеши Карамазова, отдать вместо всего два рубля, а вместо следуй за Мной ходить лишь к обедне? Но если так… они внидут первыми?.. А мы?.. А я?..
  Так возникают подозренья, от которых избавляются, вычитывая из книг или высматривая в паломнических поездках по монастырям все дурное; это не трудно: строгие, несговорчивые монахи – значит, не имеют любви; прячут глаза – лицемеры; смотрят прямо – дерзкие; веселые – экие легкомысленные, грустные – ага, плохо им; скудная трапеза – морят голодом, обильная – ничего себе постники! Бедная, с бору по сосенке, обстановка – казарма, а приличная мебель, картины и ковры – новые русские! и остается только сделать вывод: какие сейчас монастыри! едят да спят… и ничем они нас не лучше! а потом вздохнуть с облегчением.

  
  
  

  Афонские греки, посетившие Санкт-Петербург, удивили местных монахов, попросившись на могилу Достоевского, где отслужили панихиду; оказалось, их старец обязывал своих чад читать романы нашего гения наряду со святыми отцами, считая, что именно Достоевский открыл миру правду о человеке…

  27

  834