Рецензия на книгу

• 

  Lika_Veresk3 августа 2020 г.

  «Неодолимые чары порока»

  Горькая история нарцисса (я не психолог, не буду утверждать, какого типа), его нравственного падения и запоздалого раскаяния. История борьбы в человеке светлых и тёмных начал. Побеждает дьявольское, но как же обольстительно оно выписано! И вовсе не вызывает отвращения у чистого пока еще Дориана Грея. «Князь тьмы», искуситель, лорд Генри Уоттон красив, чертовски умен, красноречив, смел, дерзок. Порой создается впечатление, что О. Уайлд даже любуется им. Его проповедь гедонизма, чувственных наслаждений совращает Дориана, втягивает в водоворот греха. Результат – стремительная смерть души. Для Генри же этот юноша – лишь объект любопытного наблюдения, эдакий «подопытный кролик» (впрочем, как и все люди). Он совершенно равнодушен к судьбе молодого человека.

  Вообще интерес Генри к людям – это холодный интерес естествоиспытателя. Вспомним хотя бы случай на охоте, когда по несчастному стечению обстоятельств оказывается убит человек, а Генри лишь цинично восклицает: «Вот если бы Джеффри убил его нарочно, – как это было бы интересно! Хотел бы я познакомиться с настоящим убийцей!».

  Светлое начало в романе воплощают люди искусства – художник Бэзил Холлуорд и юная актриса Сибила Вэйн, но главный герой, по сути, предаёт их. Вот только неясно, что привлекает в Генри Бэзила? Почему он считает возможной свою дружбу с ним? Может, потому, что в душе каждого человека действительно есть область тёмных желаний и стремлений? «Каждый из нас носит в себе и ад и небо», – замечает Дориан. И, наверное, исход зависит от того, что человек выберет. Хороший ученик своего учителя, герой постепенно погружается в самую пучину разврата. Очень уж он оказывается внушаем, с лёгкостью поддается растлевающему влиянию. Несмотря на изначальную чистоту души, в Дориане Грее, видимо, живёт эгоизм, некая червоточина, которая и приводит к нравственному падению. Так что, можно сказать, зёрна зла падают на благодатную почву. Однако возможно увидеть и иную мысль. Дориан легко увлекается сферами и идеями, порой заведомо чуждыми его натуре, будь то мистицизм, религиозная обрядность, музыка или дарвинизм. Но больше всего его привлекают тайны жизни. И, чтобы приобщиться к ним, познать их, он, как гётевский Фауст, фактически продаёт душу дьяволу.

  В финале Дориан будет мучительно осознавать гибель лучшего в себе, потянется вдруг к чистоте (не случайно его привлечет простая и чистая деревенская девушка). Захочет иной жизни, новой, честной, не изгаженной порочными поступками. Но поздно, поздно… Мораль: о душе нужно помнить всегда, взращивать её, не надеясь на последующую «работу над ошибками», иначе к жизненному финалу можно прийти нравственным банкротом.

  Отдельного внимания заслуживает поднимаемая в романе тема художника и искусства. Главный для Уайлда вопрос – каково соотношение искусства и действительности. Бэзил – прежде всего поклонник Красоты, её и стремится запечатлеть на холсте. Для Грея же сама Жизнь – искусство, которому и стоит служить.

  Не могу не сказать и о блестящем стиле романа. Для меня это отдельное наслаждение. Эстетизм автора чувствуется во всём: в описании пчелы в дрожащей чашечке цветка, в поэтичном сравнении городской пыли (какая проза!) с перламутровой пудрой, в упоминании «метафор, причудливых, как орхидеи», «белых пальцев рассвета, пробирающихся сквозь занавески» и т. д. и т. п. Кроме того, в книге множество фраз, которые так и просятся быть разобранными на афоризмы и цитаты.

  После чтения посмотрела экранизацию («Дориан Грей», 2009). Фильм снят скорее по мотивам и не понравился. Главный герой там какой-то жалкий, не обладает той ошеломляющей красотой, которая описана в романе, да и характер у него получился плоский. Его низкие поступки мотивируются не только разлагающим влиянием лорда Генри, но и детскими травмами. Понятно, что в фильме не передать тонкий эстетизм романа, но и прямолинейность в изображении пучины разврата как-то отталкивает. Всё сводится к физиологической плоскости, и вовсе не прозвучала важная авторская мысль о том, что растлевающее влияние способно нести даже слово, если оно поставлено на службу недостойным целям. Споры о роли искусства в жизни остались за кадром. Книга значительно сложнее, хотя фильму, бесспорно, не откажешь в зрелищности.

  31

  1,7K