Рецензия на книгу

• 

  BlackFox

  8 апреля 2012

  Так получилось, что этот роман я слушал в исполнении Сергея Чонишвили. И от самого романа, и от чтения получил удовольствие, граничащее с наслаждением  Когда я писал рецензию на «Таис Афинскую» Ефремова, то окрестил ее книгой-стремлением. Так вот «Мартин Иден» также заслуживает этого высокого звания.

  Однажды вечером Мартин Иден, простой матрос, защитил от шайки хулиганов Артура Морза, парня приблизительно того же возраста, но другого происхождения – из обеспеченной аристократической семьи. Посещение дома Морзов произвело на Мартина сильное впечатление. Для него это был абсолютно другой мир, другая атмосфера – манера этих людей говорить, дорогие картины на стенах, игра на фортепьяно – да, это все исключительно внешние проявления так называемого хорошего тона, но для Мартина это сравнимо с откровением (о том, что скрывается за всем этим внешним лоском, он узнает много позже), а сестра Артура Рут возводится его воображением до идеала чистоты и духовности.

  Вполне логично возникшее у Мартина желание встать на один уровень со своей возлюбленной. Мартин впервые попадает в публичную библиотеку и глотает одну книгу за другой, он получает возможность приходить в дом к Морзам снова и снова, сама Рут (также к нему на первых порах неравнодушная) помогает ему в занятиях и пытается вести Мартина по той же дорожке, по которой принято идти в ее круге, зачастую напрочь забывая о материальной стороне дела и искренне удивляясь, когда она вдруг дает о себе знать. В какой-то момент Мартин осознает в себе способность стать писателем.

  Дерзко? Да, решение Мартина было дерзким, для окружающих неочевидным: какой-то вчерашний безграмотный матрос, решил, что он сможет стать известным литератором! Ответная реакция - упорные и методичные попытки поставить выскочку на место (в большей степени «сверху», но и «снизу» тоже): без образования, без диплома стать писателем невозможно! В общем, все знали, что это невозможно, как говорил Альберт Эйнштейн, но вот пришел невежда, которому это неизвестно, – он-то и сделал открытие. Мартин не знал, что для того, чтобы стать писателем в первую очередь нужен диплом (скажи кому-нибудь об этом сейчас!), а само умение писать – дело второстепенное.
  Что за плечами у Мартина? Никакого систематического образования, несколько десятков, пусть даже сотня, прочитанных книг… А что, сотня книг – это мало? Вспоминаются слова Рахметова: «Каждая прочтенная мною книга такова, что избавляет меня от надобности читать сотни книг».

  Думаю, что Рут прочитала за время обучения не меньшее количество, только вот незадача: она их всего лишь прочла, что-то запомнила, но не переварила, в отличие от Мартина. Вот и вышел у нее интеллектуальный запор. Все то, что не укладывается в рамки ее воспитания и в рамки ею прочитанного, априори считается неверным, неправильным.
  А у Мартина много того, чего не прочтешь в книгах. Это даже не знания, а опыт, собственный жизненный опыт, результат наблюдений за окружающим миром и людьми. Он сопричастен этому, а не вычитал это из книг, развалившись в удобном кресле.

  Думаю, Рут любила Мартина на первых порах – все же она была заинтересована в его развитии и помогала ему, пока он двигался по накатанной и знакомой ей колее. Только вот когда поняла, что вылепить его по образу и подобию своего окружения не получится (все ограничилось керосинкой, как у мистера Бэтлера), поняла, что это не занятный домашний питомец, который будет выполнять команды, помногу не думать и вилять хвостиком, тут уже осталось только желание самоутвердиться за счет его поражения – нет, я его все-таки сломлю, сделаю все, чтобы он не добился своей цели, после этого наглядно покажу, как он был не прав, когда не слушал меня и делал по-своему, и подчиню себе – детские игры закончились, играем в куклы живыми людьми.

  Спор за обедом у Морзов – один из самых значимых в романе. Вообще, если исходить из того, что у Мартина были чувства и планы на Рут, то пытаться переспорить ее родителей, которые считают его, мягко говоря, не от мира сего, от которых она полностью зависит (в первую очередь материально, да и эмоциональная связь с матерью очень сильна, чуть что – сразу к маме), при этом не имея хотя бы достаточных средств к существованию, глупо и заранее обречено на неудачу. Тем более что до этого момента Мартину довольно успешно удавалось держать дистанцию – молча кивать, но делать по-своему.

  И если бы Рут более не появилась в романе, то мое мнение о ней было бы повыше. Надоел мне этот «агрегат из фонографа, льдины и словаря». В принципе, все ясно: любовь и брак – понятия разные, кушать хочется всегда, и в связи с неспособностью Мартина обеспечить должное существование своей пассии, помолвка была расторгнута. Ну не декабристка она...

  Но Рут появилась снова. Причем опять не по своей воле – а по наущению своей мамаши. Это же насколько примитивным надо считать другого человека, которому ты еще признаешься при этом в якобы любви, чтобы думать, что такой вот слезливо-плаксивой сцены будет достаточно! Готов спорить, что в каком-то прочитанном Рут любовном романчике подобное срабатывало ;) Это же низведение человека до уровня собаки Павлова! Да, а себя – до уровня лампочки. Лампочка зажглась – у Мартина слюни потекли… Не потекли.

  На первый взгляд, вся его мотивация была завязана на Рут, и когда его лишили этого стержня, он мог бы скатится вниз. Но оказалось, что любовь к Рут – только внешнее проявление, а стержень совсем иного рода… Да, может быть не последнюю роль в успехе Мартина сыграла счастливая случайность, что кто-то из издателей рискнул напечатать его новаторское для своего времени произведение, а дальше посыпались предложения, контракты, гонорары… Впрочем, случайность такова только для внешнего мира, для самого Мартина это выстраданный, закономерный конечный результат. Цели своей он достиг. Другое дело, что это достижение отнюдь не сделало его счастливее. Но так бывает – издалека всех деталей не разглядеть…

  Жаль, что все-таки Мартин не добрался до конечной цели своего путешествия… Может быть, вдали от цивилизации, где люди проще и естественнее, он бы и оттаял. Но если сам осознал, что достаточно, значит – достаточно. Решение достойно уважения.

  P.S. Для меня Мартин Иден - литературный герой, достойный встать в один ряд с Фрэнком Каупервудом образца «Финансиста» и Евгением Васильевичем Базаровым.

  13 понравилось

  68