Логотип LiveLibbetaК основной версии

Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Рецензия на книгу

From Sand and Ash

Amy Harmon

  • Аватар пользователя
    NordeenSullenness2 июля 2020 г.

    Что имеем, не храним, потерявши - плачем.

    От этой книги я, признаться, ожидала большего. Не скажу, что это было совсем плохо, но и до твердого "хорошо" не дотягивает. Я читала её трудно и ещё труднее писала этот отзыв, пытаясь облечь и своё разочарование и некоторые светлые моменты в слова.

    Автор, видимо, представляла себе трогательную и пронзительную историю любви на фоне масштабных и трагических исторических событий.
    Но я увидела вторичную и слащавую историю любви на блеклом фоне почти полного отсутствия исторических событий.

    Итак. На первом плане фигурирует история любви Евы и Анджело. Они с детства росли вместе, были как брат и сестра, фактически, их любовь выросла вместе с ними. Но есть два обстоятельства, которые мешают им быть вместе. Во-первых, Ева - полное имя Батшева - иудейка, а Анджело католик. Во-вторых, Анджело всегда хотел стать священником и стал им, естественно, принеся обет безбрачия.

    Я много думала о символичности имён главных героев.
    Анджело Бьянко, что значит "Белый Ангел". Какая ирония со стороны автора. Этот вот - ангел? В том и смысл, что он довольно честолюбивый тип, желающий служить богу не по сердечному призванию, а отчасти под давлением, отчасти из тяги к подвигам и бессмертию. Когда Анджело обнаружил более надежный и приятный путь к бессмертию, он не замедлил им воспользоваться. Нет, я не хочу сказать, что он плохой человек. Я имею в виду, что он - всего лишь человек. Хороший, добрый, сострадательный, честный человек, а вовсе не белый ангел. Собственно, выяснению этого обстоятельства и посвящена почти вся книга. Хотя для некоторых людей он и сыграл роль ангела, но он был такой не один и не лучший среди подобных себе.
    Имя Евы не менее символично. Ева означает "жизнь", это имя как нельзя более уместно здесь. Она борется за жизнь (и не только свою), не опускает руки и не сдаётся. Она олицетворяет собой жизнь, любовь, продолжение рода, в противовес Анджело, отказавшемуся от всего этого. Эта Ева, как её далекая праматерь, искушает и соблазняет Анджело и приводит его к грехопадению. Только, сдаётся мне, последствия этого грехопадения прямо противоположны изгнанию из рая.
    И вот что ещё интересно. Ева никогда не придавала большого значения религии, не читала молитв, не была ортодоксальной еврейкой, соблюдающей все-превсе детали и тонкости. Но оказалось, что она верит более осмысленно и искренне, чем ставший священнослужителем Анджело. Для Евы её вера означает гораздо больше, чем католичество для Анджело. Получилось, что "грешная" Ева проще, чище и честнее, чем Белый Ангел.

    Так они и маются. Она смотрит только на него, он всегда смотрит сквозь неё, мимо, в дальние дали, точнее - в горние выси. Она тянется, льнет к нему, словно лиана, а он, как какая-нибудь секвойя, тянется только вверх, к небу. Эта святая простота, видите ли, полагал, что сможет любить её, не влюбляясь. Ага, это в двадцать-то лет, ну-ну. Потом наступил-таки момент, когда он осознал, что его любовь к ней уже не достаточна чиста и невинна, чтобы быть позволительной священнику. И тут ему полагается сделать выбор, но наш Белый Ангел хочет и рыбку съесть, и в воду не лезть. Он же ж любит свою Еву! И хотя он понимает, что не имеет права на неё, ему хочется сохранить её где-нибудь в уголке для себя, а он будет с чистой совестью служить богу, которому он клятвы и обеты давал. Ужасно мне это напомнило ситуацию "женатый мужик - любовница". Мол, люблю только тебя, но от жены уйти не могу.

    И как знать, что там было бы у них дальше. Может, Ева плюнула бы на это издевательство и сама отказалась от Анджело. А может, так и просидела бы покорно всю жизнь "на скамейке запасных", ведь она осознает происходящее, но не может перестать любить. Она сама говорит: "Я всегда была твоей, но ты никогда не был моим". Но вмешались обстоятельства, так сказать, непреодолимой силы, заставившие Анджело приземлиться и решить, наконец, кто ему дороже - бог на небесах или Ева не земле.
    Мне кажется, что автор прочитала "Поющих в терновнике", поплакала над несчастными и захотела написать фанфик с хорошим концом. Но уж рассиропила дальше некуда.

    И все вот эти вот страдашки происходят на фоне Второй мировой войны. Конкретно - в Италии. Поскольку героиня и её семья евреи, то вся война сводится к травле евреев и страдашкам уже на эту тему.

    Мне раньше не встречались книги о войне именно в Италии, с точки зрения итальянцев. Особенно интересно было бы узнать отношение населения к союзу с гитлеровской Германией. О том, как страна выходила из войны. Был ли разорван этот союз немцами или итальянцами, или они так и сражались в союзе? Мне вообще ничего не известно об этом.
    Но эта книга тут не помощник. Совсем. Несмотря на то, что автор в послесловии говорит, что в книге фигурируют реальные события и реальные люди, которым она выражает своё уважение, полезной информации тут крупицы. И чтобы добыть её, надо просеять горы скрипящего на зубах песка и серого пепла.
    Войны тут нет.
    Никто не ушёл воевать, никто не погиб, не был ранен. Все страдашки только об этой несуразной любви и о гонениях евреев. Создается впечатление, что кроме евреев, немцев и священнослужителей в Италии никто не живёт. Как-то незаметно гитлеровцы стали угнетателями, появилось Сопротивление, стали прятать евреев. Но о партизанах упоминается раза два, они "где-то там", в остальное время их тоже не существует, есть только гонимые евреи, сочувствующие им (либо не выявленные евреи, либо католические священники) и немцы с немногочисленными приспешниками.

    Автор усердно рассказывает мне о страданиях, но показать их она не в силах. После всего, что доводилось читать о войне и об уничтожении евреев, эта книга выглядит пусто и плоско. Я, аки Станиславский, не верю. Неубедительно страдаете, господа. У Евы вон всех по лагерям рассовали, отца в Освенцим отправили, а она дерево деревом. Она вообще довольно схематична. Хармон старается, рассказывает о её переживаниях, но чем больше говорит, тем меньше я слушаю. Я хочу увидеть и почувствовать! Да и кто тут достоин сочувствия? Тут же нет никого! Только ОН, ОНА и бледные тени. Был один настоящий, живой человек и тот под трамвай бросился.

    Даже самые страшные события (вроде расстрела трехсот с лишним человек единовременно) выглядят плоско и не производят никакого впечатления. Просто мысленно ставишь галочку: вот, было такое, взамен убитых партизанами 30 немцев гитлеровцы расстреляли 300 итальянцев (Ого, настоящие итальянцы! Были...).
    Притеснения, облавы и убийства евреев тоже написаны с выразительностью метеосводки. Унижения, которым их подвергают, совсем не трогают, не кажутся ужасными и вообще нагоняют скуку. За одну ночь поймали 1200 евреев и отправили в лагеря? (Та вы шо... у-хм... хр-р-р...)

    Опять же, в послесловии автор говорит, что, благодаря неравнодушию итальянцев, в Италии выжило около 80% евреев. Тогда как в остальной Европе не выжило 80% евреев. Но в книге это почти не заметно. Наоборот, создаётся впечатление, что большинство погибло, а спасти удалось не так уж много.

    Ну и вот. Сижу, думаю. Писала бы уж Хармон любовный роман, без претензии на историчность. Это даже звучит странно: молодая американка пишет об итальянских евреях и католических священниках во времена Второй мировой войны. Много ли она сама-то об этом знает? Это ж надо либо самому прожить, либо иметь свидетеля (лучше свидетелей) тех событий, либо быть лютым специалистом. Наиболее информативная часть книги - послесловие, там хоть что-то можно почерпнуть.
    Кроме того, надо же иметь если не совесть, то хоть какой-то вкус. Совать в одну книгу расстрелы и скверно написанное влечение, это моветон, по-моему. Все вот эти чувственные губы и прочие причиндалы.


    Проблеск белых зубов между изящно вылепленных губ заставил её лишь вздрогнуть и отвести глаза.

    Все поцелуи и прочие такого рода сцены написаны как-то коряво и вызывают только лёгкие тошнотики и неловкость.


    Одна рука, лежавшая у него на щеке, переместилась на затылок, оглаживая изгиб черепа

    Изгиб черепа? Серьёзно? Как романтично...


    Ева смаковала его точно так же, как он смаковал её. Теперь они оба вплавлялись друг в друга разомкнутыми ртами, сталкиваясь языками и торопясь добраться до горячей атласной изнанки.

    Фу. Неэстетично и противно.

    За историческую часть ставлю двойку (не единицу, потому что хоть что-то новое я краем глаза зацепила), за любовно-психологическую - четверочку, ладно уж.
    Естественно, путем простых арифметических вычислений и собственных ощущений, хотела поставить тройку, но за концовку накинула немножко, хоть и приторная она. Во-первых, начался хоть какой-то экшен, и хоть немного всплыла война. Во-вторых, Анджело сделал-таки выбор, и его прозрение, понимание себя и обоснование этого выбора сумели коснуться меня, заставили почувствовать и подумать об этом. И вообще, о вере и религии здесь написано неплохо, есть о чем подумать. Этой темой книга произвела приятное впечатление.

    О прочтении не жалею, но ничего не потеряла бы, если бы не прочитала. И о любви, и о войне, и о Холокосте, и о вере написано много гораздо лучших произведений. Рекомендовать не буду.

    Содержит спойлеры
    30
    924