Рецензия на книгу

• 

  Artevlada27 февраля 2012 г.

  Книга Эдуарда Кочергина - народного театрального художника России - это воспоминания сына репрессированных родителей. Все детство он провел в детприемниках и спецучреждениях, колониях НКВД для детей "врагов народа". Восьмилетним ребенком он сбежал из Омского детприемника и более шести лет пробирался в Ленинград, скитаясь по послевоенной "эсэсэрии", проходя свои "университеты" среди уголовников, бродяг, шпаны. Великолепны первые впечатления от Дворцовой площади (тогда площади Урицкого) ребенка, прошедшего эти университеты, когда шпиль Адмиралтейства он принял за вышку для спецохранников, фигуры часовых в античных одеждах - за ряженых вертухаев, а барельефы и орнаменты Триумфальной арки вызвали у него желание приспособить рисунки для "выколок блатным клиентам", т.к. свой дар божий он уже использовал в искусстве татуировки.
  Герои воспоминаний Кочергина - обитатели окраин двух питерских островов - Васильевского и Голодая. Они оттеснены на обочину жизни, на дно. Это нищие, блаженные, воры в законе, проститутки и малолетняя шпана. Причины "обочины" разные: война, совдеповская система, алкоголизм... Судьба этих бедолаг не задалась, но сквозь их "подвиги" просвечивает часто светлая душа. Особое отношение автора к инвалидам войны. Описание пивных, когда на десять голов за столом 7-8 пар ног и еще меньше пар рук. Рвущая душу классификация калек: "обрубки" половинные и комбинированные, "костыли", "тачки", "печеные" в танках и самолетах, "простреленные навылет или с сувениром (осколком)". Страшное описание хора "самоваров" - торсов. Это начало 50-х годов, позже их всех убрали с глаз долой в северные монастыри - дома для инвалидов, на Валаам, чтобы не портили панораму счастливой советской жизни северной столицы.
  Не покидает желание назвать эту книгу, быть может, "Легенды Питерских окраин". Это по аналогии с Веллеровскими легендами. Но нет у Кочергина жесткой иронии, резкости Веллера. Он любит своих героев. Много позитива в его описании таких неоднозначных с моральной точки зрения людей, он не умаляет их неординарности, достоинств и таланта. Нет и патетики в описании судеб, нет желания вышибить слезу. Простой точный язык, колоритный и специфичный в устах героев.
  "Россия!.. Кто здесь крайний?" и "Человек - это звучит больно" - могут быть эпиграфами к этой книге судеб "ненужных " системе людей.

  20

  309