Рецензия на книгу

• 

  Anstacey31 мая 2020 г.

  Как хорошо, что это всего лишь текст.

  Каждая стоящая книга — это для меня прежде всего ощущение. Когда внутри что-то откликается или наоборот яро протестует, когда сразу становится светло или наоборот чернее черного. Ощущения могут быть по цвету, по эмоциям, по звукам и запахам.Такие книги не забыть, пусть даже перелистывая последнюю страницу , где-то внутри невольно срывается вздох облегчения.

  Роман Глуховского — ярчайший пример для меня книги-ощущения. Именно той, из последнего случая со вздохом облегчения.
  Очень тяжелый, депрессивный, душный. Он давит кирпичом тебе на плечи и нагоняет мрак. Когда читаешь, видишь и представляешь всех героев и локации исключительно в серых, холодно-синих тонах. И не веришь, что улице той Москвы, что описана автором, может светить солнце. Хотя нет, солнце иногда мелькает, но виртуально — у Пети Хазина на видеоотчетах с отпуска в телефоне, а вот в настоящей реальности глазами Ильи — лишь тьма и серость. Россия, которая для грустных. Такая атмосфера наваливается на тебя тяжелым грузом и не отпускает до последней страницы. А мир в ярких красках начинаешь видеть лишь через несколько дней, когда весь этот мрак из тебя понемногу выветривается.
  Такое бывает в самых жутких кошмарах — там всегда такая атмосфера, беспросветная. И когда открываешь глаза, посещает первая мысль — как хорошо, что это всего лишь сон.

  Так вот.
  Выныривая из этого ночного кошмара, говорю:
  Как хорошо, что это всего лишь текст.

  Но вместе с тем есть еще что-то более страшное. Есть и жизни, которые тоже такие — всего лишь текст на синем экране. И ничего больше не остается от них. Сообщения в мессенджерах, горделивые посты в соцсетях, отборные фотографии в Инстаграме, демонстрирующие веселую и яркую жизнь. Общаешься текстом, в конце концов превращая в текст свою жизнь. И каждый может получить к нему доступ, забрать и себе кусочек этого пирога, измеряющийся количеством символов в смс-ках и гигабайтами памяти.
  

  
  Память у Суки была 128 гигабайт. Жизнь умещалась целиком, еще и оставалось место для музыки. Думаешь, ты своё прошлое помнишь, а помнишь на самом деле снимки, которые и так сохранены в мобильнике.
  Теперь телефон такое в людях видел, что человек бы не разглядел. Можно стало вернуться, проверить себя.

  Об этом книга, и о многом другом. О массе моральных и нравственных вопросов, о современном мире иллюзий и синих экранов, о жизни, смерти, нравственности, чувстве вины и гуманности.
  Отчасти это повествование о маленьком задавленном человеке, откликается что-то из Достоевского, облаченного в современные реалии.

  Внутренние диалоги главного героя поражают, обличают беснующихся демонов его души и освещают читателю проблески нравственности. Ты словно вместе с ним проходишь этот путь-лабиринт, состоящий из все новых и новых вопросов. И невольно думаешь — а как в этой ситуации можно поступить правильно? А правильно — это как? По совести? Но что сделать, если совести нет у окружающей действительности?

  Вопросов очень много. Не к автору, а к себе при прочтении.

  Илья и Петя — два персонажа, свести которых судьба могла бы только при таких обстоятельствах, где один победитель, а другой проигравший. Только через 7 лет придется поменяться ролями.
  Их жизни максимально далеки друг от друга, но один день становится точкой пересечения. И после этого обратной дороги уже нет.
  И общий сюжет как раз об этом — как сплетаются все больше и больше их жизни. Как Илья все больше погружается в жизнь Пети, при этом максимально отдаляясь от своей, и к каким последствиям в конечном итоге приводит вся эта каша.

  Глуховский говорит прямым текстом: «Есть люди, от которых что-то остается, а есть люди, от которых не остается ничего.», тем самым создавая в голове еще один вопрос:
  Так кто все-таки здесь этот человек, от которого «что-то» останется?
  Или в конечном итоге останется лишь текст?...

  От Пети Хазина после смерти остается лишь его смартфон с целой жизнью, текст. От Ильи — ничего, даже текста. Но ведь еще остаётся ребенок Пети, который рождается в конце романа. Спас, можно сказать, этого ребенка Илья. Так кто из них оставил это что-то после себя? Илья, ненадолго вторгнувшийся в чужую жизнь и взявший на себя судьбоносное для новой жизни решение или Петя, который все-таки не оказался не таким подонком, каким предстал в самом начале? И здесь их судьбы переплелись в одну неразрывно связанную нить. И опять больше вопросов, чем ответов. Но вопросов, опять же, к себе и своему внутреннему философу. Спасибо Дмитрию Глуховскому за такие просторы пищи для размышления.

  Язык книги невероятно выразителен. Безумно понравился стиль Глуховского. Такой жесткий, грубый, массивный, но в то же время очень изящный и невероятно литературный, со множеством метафор и изощренных фраз. Читать эти высеченные рубленые фразы и описания — одно удовольствие. Именно благодаря этому стилю и складывается общее ощущение и атмосфера книги. Расскажи ее простыми словами кто-то другой — она бы вряд ли вызвала такой резонанс среди читателей.

  Книга определенно из тех, что оставляют след в душе. Из тех, которые не так-то просто будет забыть. Она цепляет, пусть каждый и воспринимает в конечном счете ее по-своему. Но то, что цепляет и не оставляет равнодушным — это точно.

  В конечном счете книга, как говорится, не моя. Не в том смысле, что она плохая, (как произведение литературы она стоит для меня определенно на верхах списка), а в том, что с трудом воспринимается такая грузовая тяжесть. Всегда хочется видеть надежду пусть и в беспросветной тьме, но Глуховский не оставляет тебе даже и ее. Лишь много вопросов и мыслей.
  Книга вообще не плохая, просто оставляет на душе неприятный осадок и чувство тоски. Я была рада скинуть его с плеч, дочитав последнюю строку и захлопнув ее навсегда.
  Не уверена, что когда-нибудь возьмусь перечитывать, но это именно потому, что я ее вряд ли забуду.

  3

  170