Рецензия на книгу

• 

  alsoda10 февраля 2012 г.

  Как же долго я читал «Любовника леди Чаттерлей» – вечерами, по одной главе, принципиально в бумажном издании The Selected Works и непременно в оригинале, - чтобы не пропустить ни одного слова, ни одной мысли из этого глубочайшего и богатейшего философско-психологического и социального романа, который без колебаний отправляю в категорию любимых.

  Как хорошо, что я не привык придавать особое значение чужим эмоциональным оценкам, пока не прочитаю книгу сам. Ибо чего только я не слышал о «Любовнике»: диапазон ярлыков простирался от «любовный роман» до «порнуха». Так вот, дамы и господа, вы не правы.

  Я прекрасно понимаю, почему роман был столь долгое время запрещен в Англии. Лоренс не просто добил отмиравшую викторианскую мораль, – он противопоставил ей собственное оригинальное и красивое понимание любви, жизни, чувственности, природы отношений между мужчиной и женщиной, иначе говоря, предложил альтернативу, основанную на идее возвращения к истокам, отказа от догмата о разделенном существовании души и тела и признание тела источником радости и счастья. Но и этого ему показалось недостаточным! С потрясающей легкостью и почти детской наивностью («детской» - читай «непосредственной», «живой», «незамутненной») он надавал современникам хлестких обидных пощечин. Досталось и аристократической верхушке с ее «высоколобым» бесплодным интеллектуализмом и сословными ограничениями, подменяющими собой личность; и «идолу» индустриального бума Англии, выродившемуся в жажду наживы и превратившему людей в бездумных роботов; и мифу о «старой доброй Англии», на деле загаженной дымом заводов; и простым людям, за круговертью повседневных забот утратившим былое знание чувства и любви. С пророческой точностью намекает Лоренс на мир будущего, где лозунг «производи, покупай, потребляй» станет ведущим.

  Что до сексуальных сцен, то тут есть риск так ничего и не понять. Либо мы с негодованием отвергнем сексуальную составляющую романа как аморальную и тем самым уподобимся современникам Лоренса, либо разочарованно протянем: «Да ну-у-у, нельзя все сводить к сексу…». А дело-то все в том, что для Лоренса секс ни божественен, ни низок, он – прежде всего человечен и является неотъемлемой частью человеческой природы, и потому отрицать его естественность или низводить до уровня животного механизма – одинаково неправильно. Наслаждающееся тело не должно быть отделено от радующегося духа, иначе – вырождение первого и смерть второго.

  Ну и скажите на милость, разве можно было спокойно написать подобное и бросить в лицо закупоренным в собственной рефлексии англичанам? Лоренс неминуемо стал общедоступной мишенью, но по-другому он, наверное, не мог и не умел. И прекрасно сказал о нем другой гений:

  
  

  «Как прекрасна отчаянная борьба Лоренса: освободить свою природу, от и до, разбить оковы Ветхого Завета; он сверкнул на небосклоне бьющимся могучим белым телом человека рыбы, последний христианский мученик».

  Лоренс Даррелл – «Александрийский квартет. Клеа»

  
  

  Можно не соглашаться с Лоренсом, можно его критиковать и не любить, но отрицать значимость его таланта и идей для всей европейской литературы и культуры 20 века нельзя. «Любовник леди Чаттерлей» - не эротика, не любовная история, не максималистский бунт, а вдумчивая и глубокая философия.

  P.S. О "Любовнике " мне понравился очень хороший отзыв у Medulla

  27

  201