Рецензия на книгу

• 

  Iriya8330 апреля 2020 г.

  "По мере постижения всякого искусственного языка и отвыкания от естественного, боговдохновенного, человек приоткрывает свой разум бесам." (с)

  Жизнь любого общества в переломный период на рубеже веков часто претерпевает великие потрясения. Они оказывают влияние на все аспекты человеческой деятельности, в том числе и на культурный. Данный роман рассказал нам о периоде, который метко назвал "Серебряным веком" русский философ Николай Александрович Бердяев. То было время со странным предчувствием уже надвигающихся революций и войн. И все это не могло не отразиться на литературе. Главными героями этого произведения как раз являются писатели и поэты начала ХХ столетия. Итак, перед нами Василий Розанов, Борис Бугаев (известный широкой общественности под псевдонимом Андрей Белый), Николай Вольский и Велимир Хлебников. Роман по структуре представляет собой сборник, состоящий из четырех повестей, в которых наши выдающиеся герои-литераторы взялись за совсем несвойственное им занятие - они разгадывали необычные загадки. Каждая повесть - отдельное детективное расследование, где в качестве объекта преступления выступает писательская деятельность, а в качестве возможных подозреваемых - некие тайные организации и сообщества. Мне очень понравилось, что идейным фундаментом сюжетов каждой представленной здесь небольшой истории послужило реально произошедшее когда-то событие. Читатель узнает авторскую версию исчезновения оккультистки Анны Минцловой, сделает первые шаги на творческом пути "Мечты растоптанной лилии" вместе с Марией Папер и даже раскроет секрет судьбы печально известной 10 главы "Евгения Онегина".
  

  
  "- Вы социалистка? - осведомился Розанов, сматывая шаль и запихивая в карман.
  

  • Сами урод уродом, а обзываетесь, - буркнула прачка."

    Потрясающий художественный слог повествования радовал меня на протяжении всей книги. Калашников сумел передать стилистику произведений того времени, используя давно забытые слова и крылатые выражения. Вместе с тем, еще одним достоинством данного произведения стал милый юмор ("Нам с вами, Боря, вместе котят в ведре не крестить"), зачастую граничащий с тонкой иронией. Неожиданно встречались отсылки к современности, намекая на пророческие таланты поэтов и писателей ("Планшет устроив на коленях, перстами сотворяю фляк, и вырезаю в фотошопе кровавый знак...") Так же в шуточной форме ценой нескольких абзацев здесь была изложена очень интересная теория истинного предназначения карт Таро до того, как они намеренно были заклеймены в инструмент для предсказания будущего. Поэтому повесть "Карты на стол" оказалась для меня самой незабываемой. А в части романа, посвященной Артели чертежников, автор умудрился высмеять даже "трансцендентальную алгебру" Якова Линцбаха, буквально превратив страницы книги в побоище, где местом ведения кровопролития оказался чертежный зал, а орудием выступали иглистые циркули и деревянные угольники. Все это было описано настолько смешно, что незамедлительно поднимало настроение, заставляя улыбаться.

  
  

  
  "За какие-то секунды со взрыва чертежники в совершенстве освоили новый язык - язык крючников, извозчиков и торговцев скобяным товаром: мат."

  Я благодарна автору за то, что в качестве действующих лиц он выбрал не самых известных на сегодняшний день представителей "бумаги и пера" Серебряного века. Например, если рассуждать о творчестве Блока или Маяковского, то многие не задумываясь гордо продекламируют несколько стихотворений и того и другого. А вот что касается поэзии Андрея Белого, то его стихов не просто процитировать, лично я их даже никогда не читала. Это относится и к творчеству Василия Розанова - религиозного философа, литературного критика и публициста. В этом романе именно он является сердцем небольшой группы лиц, именуемой себя "Лига выдающихся декадентов". Иногда образы героев казались гипертрофированными - карикатурами на когда-то реально существовавших людей. Организатор расследований-приключений Василий Розанов радовал противоречием своей натуры. Забавно было наблюдать, как прославленный на весь литературный мир наличием в книгах порнографии автор, не упускающий возможности "зайцем" проехать в общественном транспорте, громкоголосно и назидательно рассуждает о морально-нравственной жизни общества. Другой представитель Лиги, даже в самой критической ситуации старался отключиться от мира сего и уйти в медитационный эффект, веселя многих читателей абсолютной несвоевременностью своего поступка. И это, конечно, не все причуды упомянутых автором ярких представителей странного направления, называемого Декадансом.
  

  
  "Бывает, у человека нос тонет в лице от звуков свирели пастуха Сифила. А у меня вследствие той историйки душа провалилась. В желудок и ниже."

  Для меня эта книга была прочитана под знаменем фразы: "Было бы не так смешно, если не было бы так грустно". Даже само название, в котором фигурирует Декаданс, а не модернизм, символизм или неоромантизм скрывает в себе важную драму затронутой автором эпохи. "Извращенцы, позеры, отщепенцы" - именно так называли и называют по сей день Декадентов, и это неспроста. Они - продукты переломного времени, для которых жизнь представлялась бесперспективным существованием, пропитанным насквозь предапокалиптическим настроением. Сумерки сознания, патологические душевные состояния, извращенная любовь и странные чувства - вот важные темы жизни того периода. Наличие кризиса религиозных ценностей влекло за собой жизненные ориентиры, которые резко отличались от прежних. И автор не акцентировал на этом внимание, но оно мрачным фоном маячило на горизонте. Именно в результате всего вышеперечисленного и происходили сюжетообразующие события данного романа. Послевкусие от него немного печальное, ведь знание истории явно говорит о том, что борьба с тайными обществами, религиозными сектами, антимузами и искажением семейных ценностей оказалась, увы, безрезультатной. Да и была ли она...?     
  

  
  "- Попались в простейшую ловушку! - жаловался Боря. - Хлебников приметил деревянную будочку с двумя дверками: на одной «М», на другой «Ж». Зачем-то захотел он войти в обозначенную буквой «М». Удержать его не было никакой возможности! Я и Коля остались ждать снаружи. Всё нет и нет его. Василий Васильевич, вы не знаете, что за будочка?
  Розанов с горечью ответствовал:
  

  • «М» это, понятное дело, масоны…

  
  Бугаев с нарочитой наивностью поинтересовался:
  

  • А буква «Ж» кого значит?
  • Лучше вам, Боря, не касаться этого. Дело фантастическое, страшное."

  22 понравилось

  270