Рецензия на книгу

• 

  Tin-tinka13 апреля 2020 г.

  Девять кругов ада

  Бесспорно, это очень сильное, талантливо написанное и оставляющее яркое воспоминание произведение. Но читать его было ужасно тяжело, ведь автор настолько глубоко погружает читателей в исковерканную психику своих персонажей, на своей шкуре заставляя переживать все их надрывы, метания, страсти, грехи, что не раз мои моральные силы заканчивались и я с отвращением прерывала чтение, долго возмущаясь происходящим на страницах. Но при этом какая-то сила снова заставляла меня продолжать чтение: то ли в надежде, что все же среди этой тьмы я увижу «луч света», то ли осознание, что тут хоть и изрядно преувеличенная, слишком концентрированная степень мрака, но все же подобное встречается в реальности, увы, весьма часто и не стоит избегать знакомства с этой частью жизни.

  Прочитав же всю книгу, я окончательно убедилась, что Достоевский - не мой автор: я не могу согласиться с его выводами, с расставлением приоритетов, с подачей и с его идеалами. В данной книге, для меня, показано лишь дно, мерзости русской жизни, но и альтернативный путь, который он предлагает в лице Алеши, мне тоже неблизок. Все эти рассуждения о религии, о вине за всех и вся, уклад жизни в монастыре, история старца Зосимы – все это также далеко от меня, как и метания Мити. Не близки мне мысли, что Бог спасет Россию, что пьяные люди у нас - самые добрые, но и посыл, который отчасти был и в Преступлении и наказании - «Нет бессмертия души, так нет и добродетели, значит, все позволено» - также мне не близок.

  Достоевский – консерватор, он высмеивает социалистов в лице Ракитина и даже имя врача Клода Бернара у него превратилось в ругательное слово. Да и выбор главного злодея у Достоевского весьма показателен

  – у дурных братьев все же благородная кровь, воспитание, они "баре" (попробуй их на «ты» назови, вот где для них садизм и мука), зато бедного слугу можно за человека не считать. Он то по определению лакей, низшее существо, подлец, способный на самые мерзкие поступки и нет ему оправдания. Это преступного вора и кутилу Митю Карамазова адвокат будет спасать от каторги, братья и невеста отмазывать от тюрьмы – интересно, кто бы в аналогичной ситуации вступился за Смердякова, даже будь он невиновен?Кто бы вспомнил об его детстве, когда сам факт рождения от Смердящей - уже пятно на всю жизнь, несмываемое ничем. Автор его презирает, Иван постоянно оскорбляет - как посмел на меня смотреть своим наглым взглядом, кем себя возомнил этот смерд? Дмитрий все время угрожает убийством (а его расправы даже Грушенька боялась), но, конечно, Смердяков - просто трус, ничего бы ему благородный барин не сделал, он ведь только так, иногда, бьет ногами отца и рвет бороденки в трактирах.

  В книге нет простого человеческого счастья, нет спокойной радостной любви – тут лишь страсти на разрыв сердца, буйности, сумасшествие. Это, с одной стороны, делает книгу яркой, притягательной, с ней не соскучишься, но эта гипертрофированность напоминает скорее театральную постановку, где актеры большей части вынуждены кричать, чтобы их услышали, чем реальную жизнь обычных людей.

  Достоевский то заставляет читателей содрогаться от отвращения: описывая сладострастного старика, который никогда не был отцом своим детям, который доводил своих жен, который живет постоянно в своей злобе против мира, то описывая любовь-ненависть и взаимные мучения Мити, Грушеньки, Катерины, Ивана (и даже иногда Лизы), то скатывается в другую крайность, в сентиментальные рассуждения об умирающих и мучающихся детях. Причем тема мучения детей в данном произведении у него проходит не раз, даже финал именно про детей – плачущих, несущих гробик.

  В общем, про эту книгу можно долго рассуждать, она огромна не только по количеству страниц, но и по смыслу, заключенному в ней, тут каждый персонаж достоин отдельного тома, включая второстепенных. Каждый читатель может подобрать цитаты по вкусу, найти знакомые ситуации или похожие черты у героев, поэтому, бесспорно, эта книга является важным вкладом в мировую литературу, ее стоит прочесть, даже если взгляд автора на жизнь не близок читателю.
  

  67

  1,6K