Рецензия на книгу
Bel Canto
Ann Patchett
PtitsaFeniks8 апреля 2020 г.Рецепт при самоизоляции
Люблю, хоть это и банально, когда книги, написанные "не сейчас", перекликаются с реальной жизнью. В этом - сила литературы. В этом сила хороших книг. В этом сила "Бельканто" Энн Пэтчетт.
Дело не в том, что несколько десятков высокостатусных людей, говорящих на разных языках, оказались заложниками группы террористов испаноговорящей страны, живущей изготовлением и продажей наркотиков. Дело и не в том, что террористы оказались не такими уж террористами: в конец концов заложники, люди образованные и интеллигентные, нашли с ними общий язык и начали договариваться, постепенно улучшая условия заточения. Дело даже не в том, что любовь, талант и искусство возведены Пэтчетт на пьедестал, с которого все оказывается суетным и мелким по сравнению с божественным даром, который некоторые получают, чтобы делиться им с другими.
Ценность "Бельканто" очень прагматична. Сегодня, когда многие оказались в условиях карантина или самоизоляции из-за пандемии коронавируса, роман Пэтчетт оказался прекрасным рецептом организации жизни, когда привычный распорядок нарушился.
Первый принцип, который помогает главным героям выжить, - это следовать режиму несмотря ни на что. После первых дней стресса, Роксана Косс - лирическое сопрано, ради которой на приём в дом вице-президента говорящей по-испански страны, приехал господин Хосокава, - возвращается к своим ежедневным занятиям вокалом. Она делает это так естественно и талантливо, что все приспосабливаются к ее упражнениям. Что бы ни происходило вокруг,
"в семь часов Като уже ждал Роксану возле рояля. Его пальцы беззвучно пробегали по клавишам туда и обратно... В четверть восьмого начинались гаммы... ...мало ли кто спит? Пора работать!"Второй принцип - наконец заняться тем, чем давно собирался. Господин Хосокава, основатель и президент крупнейшей в Японии электронной корпорации, ради которого был устроен ставший роковым приём, много лет не мог выучить ни одного языка, даже итальянского, который для него - фанатичного поклонника оперы - был составной частью любимого вида искусства. И вот в условиях излояции господин Хосокава начинает учить языки:
"Вот теперь у него появилась мотивация учить языки. Сколько бы он ни слушал в Японии свои итальянские кассеты, запомнить ничего не мог... Однако всего лишь через неделю после своего захвата он изрядно продвинулся в испанском..."Третий - соблюдать порядок и гигиену. Этот принцип связан с образом Рубена Иглесиаса - вице-президента, распорядителя приёма и хозяина дома, ставшего для всех местом заточения. Человек, который в жизни никогда не мыл посуду, не стелил постель, не мыл, не стирал, не убирал, даже не мыл посуду (это за него всю жизнь делали сестры, а потом слуги)в, вдруг открыл в себе талант хозяина.
"Он считал, что по-прежнему несёт ответственность за удобство своих гостей. Он разносил сэндвичи и собирал чашки. Мыл тарелки, смахивал пыль, дважды в день протирал пол в ванных комнатах. С кухонным полотенцем, повязанным вокруг талии, Рубен Иглесиас стал похож на обходительного гостиничного служащего. С отменной любезностью он инетерсовался: "Не хотите ли чаю?" или: "Не слишком ли я вас побеспокою, если пройдусь пылесосом под креслом, на котором вы сидите?" Все заложники полюбили Рубена. Все уже забыли, что он был вице-президентом страны".Остальные рецепты выживания в длительном заточении и очевидны, и обаятельны, и рациональны. Все находят себе занятия: читают, играют в шахматы, погружаются в приготовление еды, наконец учится читать и писать... Есть и те, кто погружается в пучину любви и секса. А почему нет? Жизнь - она ведь всюду!
Герои даже о здоровье не забывают: заложники добиваются права гулять в саду перед домом! Главное - помнить, что заточение закончится, что жизнь продолжится...
И многое в романе, как положено, символично. И свечи, которые зловеще гаснут перед захватом. И туман - гаруа - плотный, моросящий, стеной отгораживающий дом от внешнего мира и лишающий возможности для спасения извне. И солнце, постепенно рассеивающее туман, дающее надежду на спасение...
Главное же - символичны два эпизода: захвата и освобождения. На фоне неторопливых, обстоятельных рассказов о жизни героев, описаний повседневной жизни людей в ограниченном пространстве эти две сцены, словно взрывы, в одно мгновение меняют картину происходящего. Сначала праздник и красота сменяются разорением и шоком, а затем мечты о новой жизни, ожидание счастья, планы на будущее в нескольких абзацах корректируются против желания участников событий...
Не так ли и жизнь наша, только что весенняя и счастливая, омрачилась пандемией - с ее самоизоляцией, карантинами, болями и потерями, но неизбежно вернется в свою колею - пусть обновленную и стремящуюся в неожиданном направлении?!9496