Рецензия на книгу
Цена
Артур Миллер
Svetlana-LuciaBrinker8 апреля 2020 г.Коварство условного наклонения
(три пьесы по цене одной)
Пьесу можно прочесть от Виктора и от Уолтера. И ещё - третьим неочевидным способом, о котором расскажу позже.
От Уолтера (позиция дельца).
Отец разорился, строит из себя бедняка, позволяет брату Уолтера, Виктору, помогать себе. Милостиво, посмеиваясь, принимает жертвы. Уолтер не дурак, с собой так обходиться не позволяет. Профит: карьера врача, очевидное уважение отца. Побочные эффекты: нервный срыв, развод, разрыв дружбы с братом.
От Виктора (позиция честной бедности).
Отец всё потерял, сын бросает учёбу, идёт в полицию, чтобы помогать обедневшему отцу. А брат никак в этой самопожертвенной миссии не участвует. Профит: уверенность в своём моральном превосходстве над братом, "жизнь прожита достойно". Побочные эффекты: жена пилит за неуспешность. Кроме того, оказывается, что у отца были кое-какие сбережения. Так что помощник, вроде бы, потратился зря.
На первый взгляд позиция Уолтера выглядит более солидной и разумной. Виктор, как будто бы, дал обвести себя вокруг пальца. Точнее, сам, как загнал себя в ловушку своими высокими моральными принципами. Заплатил несоразмерную цену за верность убеждениям. И жизнь себе погубил, и женщину свою несчастной сделал.
Так ли это?
Вот мой, третий вариант.
Героев делает несчастными не безденежье и не попытки оправдаться за выбранный путь. Мне кажется, их убивает одержимость химерой по имени "Что было бы, если бы".
Эстер изводит своего Виктора картинами придуманной ею успешной жизни. Сама она, кстати, от предложения заняться чем-нибудь - с отвращением отказывается. Зато нахлёстывать свою единственную лошадку, на которую поставлено всё, зазорным не считает. Размахивает перед носом супруга морковкой волшебных перемен, которые, будто бы, произойдут, если он бросит работу в полиции и продолжит учёбу. Будь это Виктору по-настоящему нужно, он бы переменил свою жизнь. Однако он из людей, врастающих в свои привычки, довольных тем местом под солнцем, которое им с трудом удалось занять. Мне знакомы, например, многие медбратья, которые после работы ещё и добровольно работают в пожарной дружине нашего города. Муж мой, например. Только пришёл из больницы, сел обедать - сирена! - бросает всё и на пожар. И ни копейки на это не получает, льгот никаких. Я уж думаю, рано или поздно у него и товарищей крылья расти начнут. Что же мне, тоже начать пилить его за доблесть, требовать, чтобы занялся тем, что деньги приносит? Такая жизнь - уже награда. Пусть Виктор и утверждает, что не любит своей работы. Очень немногие по-настоящему в восторге от того, чем заняты с 9 до 17. Тем не менее, я уверена, что он не только ответственный, умелый, но и честный полицейский.
А отец Виктора... Представляю себе: человек, превыше всего ставящий свой успех, статус и достаток, утратил всё. Остались у него 4 тысячи. Но эта сумма - не для того, чтобы её растратить! Она - "последняя страховка". Не "подушка безопасности", как называют деньги "на чёрный день", а символ. Если уж самооценка Франца-отца была настолько зависима его капитала, значит, потратить эти деньги было бы равноценно полному унижению, потере лица, практически самоубийству. Старые рубли, зашитые в матрац, на котором умерла от инфаркта моя соседка, когда требовалось поменять деньги 1:1000 или как-то так, в девяностые, были тоже "неразменными". Невозможно было отдать их никому.
Представляю себе, как старик их медленно и мучительно тратил, как собственную кровь, пока сбережения не кончились. Тогда он и умер, наверное.
Поэтому Франц-старший и засмеялся, когда Виктору было предложено "спросить отца". Это показало отцу, как мало его понимал Уолтер! Да, Уолтера он уважал - за то, что тот добился успеха. А Виктора, видимо, - любил. Иначе бы не принял от сына помощи, как не принял подачки от брата сам Виктор.
У пьесы славный финал! Герои (даже самовлюблённый Уолтер!) понимают, что терзать друг друга погоней за призраком "Того, чтобы бы было, если бы" - саморазрушительный идиотизм. Рада, что Эстер удаётся, наконец, прояснить собственные приоритеты и перестать стыдиться профессии мужа.
И очень довольна, что нашла время между внеплановыми сменами прочитать Миллера. Отличная вещь, хотелось бы увидеть её на сцене. Особенно интересен оценщик Соломон, причудливый и грустный резонёр. Он говорит то, что остальные только думают, и видит то, от чего отводят глаза. Именно ему принадлежит реплика, которая, по-моему, представляет собой квинтессенцию всей этой пьесы:
"СОЛОМОН. У меня была дочь, мир её праху, она кончила самоубийством. Почти пятьдесят лет назад. И каждую ночь, как только я засыпаю, она уже сидит рядом. Я вижу ее так же ясно, как вижу вас. Но если бы произошло чудо и она бы вернулась к жизни, что бы я ей сказал?"Нельзя жить в условном наклонении!
31906