Рецензия на книгу
t
Виктор Пелевин
Pavel_Kumetskiy6 апреля 2020 г....где это я?
Сегодня всё, что я могу вспомнить из давно прочитанного сборника «Детство. Отрочество. Юность» Льва Толстого, касается сильно удивившего меня тогда описываемого им солипсизма.
Я воображал, что, кроме меня, никого и ничего не существует во всем мире, что предметы не предметы, а образы, являющиеся только тогда, когда я на них обращаю внимание, и что, как скоро я перестаю думать о них, образы эти тотчас же исчезают...Были минуты, что я, под влиянием этой постоянной идеи, доходил до такой степени сумасбродства, что иногда быстро оглядывался в противоположную сторону, надеясь,врасплох, застать пустоту там, где меня не было. Жалкая, ничтожная пружина моральной деятельности - ум человека! (тут подробнее)
Эпизод резко выделялся на фоне того, что я на тот момент успел прочесть из литературного наследия Толстого, по духу отдалённо напоминая катарсис Андрея Болконского под небом Аустерлица. Прочтя его однажды, я теперь всегда его вспоминаю, сталкиваясь с идеями солипсизма. Потому, начав знакомиться с Пелевиным и дойдя до «Чапаева и Пустоты» , я также вспомнил Льва Николаевича и его попытки "застать пустоту врасплох". Каково же было моё радостное удивление, когда пару дней назад, дойдя по порядку чтения романов Виктора Пелевина до «Т», я увидел, что он взял забавный детский солипсизм Толстого за основу своего постмодернистского сочинения, которое, завершив читать, я считаю одной из лучших и для меня самой захватывающей, невозможно-отложить-в-сторону его работой - после неудачи с «Empire V» он вновь реабилитировался в моих глазах, подарив мне лёгкое, смешное и непустое чтение, которое точно скоро мною не забудется.
Мне кажется, что на изменении уровня качества в лучшую сторону сказался трёхлетний перерыв между «Empire "V"» (2006) и выходом новой книги «Т» (2009) - автор банально больше времени потратил на свой следующий текст, чем на предыдущий (закончивший цепочку ежегодного выпуска, начавшуюся с «Чисел» ). Главным отличием «Т» от «Empire "V"» помимо большей проработанности как и сюжета, так и формы, является его непровисающая динамика. Первая глава знакомит читателя с главным, неоподобным героем Т., владеющим боевой техникой "непротивление злу", и его набоковским, градусоподобным преследователем Кнопфом. Оказывается, что преданный анафеме и недавно отлучённый от церкви граф Т. тайно сбегает из своего поместья - усадьбы Ясная Поляна, в целях поиска таинственной Оптины Пустыни, которому активно мешает Кнопф и его помощники-сыщики. Заканчивается глава (будто сошедшая с экрана из фильмов Тарантино или бондианы) дракой-перестрелкой, в ходе которой графу Т. удаётся ненадолго сбежать от преследователя, но потеряв, как ему кажется, из-за ранения в голову память. Позже мы узнаём, что причина потери памяти была иной, но на данном этапе Т. помнит лишь цель о поиске Оптины Пустыни, который приводит его к тому, что он переживает несколько различных авантюр (в том числе любовную) и узнаёт о том, что тот мир, в котором он существует, и что те поступки, которые он совершает, на самом деле являются результатом сценария "демиургов адской фабрики", трудящихся над созданием сначала психологического триллера по возвращению графа Толстого в лоно церкви и его раскаянию, затем (когда с архимандритом Пантелеймоном вопрос об оплате решить не удаётся) над компьютерной игрой-стрелялкой по отстрелу "мёртвых душ" (в которой главным героем является Достоевский , высасывающий души из убитых врагов и постоянно поддерживающий нужный градус алкоголя в крови для защиты от радиации).
Главная культурная технология двадцать первого века, чтобы вы знали, это коммерческое освоение чужой могилы. Трупоотсос у нас самый уважаемый жанр, потому что прямой аналог нефтедобычи. Раньше думали, одни чекисты от динозавров наследство получили. А потом культурная общественность тоже нашла, куда трубу впендюрить. Так что сейчас всех покойничков впрягли. Даже убиенный император пашет, как ваша белая лошадь на холме.
Весь оставшийся текст граф Т. будет стараться определить, кто же является творцом его самого и того мира, в котором он живёт - или же демиурги-криэйторы, или же он сам, или же кто-то, кто над ними всеми - таинственный писатель. Или же мир творит вообще неизвестный никому читатель. А может граф Толстой задремал, и ему приснился сон...И нет конца фрактализации, этот мир придуман не нами, этот мир придуман не мной.
Я не знаю, почему многими критиками «Т» считается слабым, потому что на мой вкус он в ряду лучшего, что есть у Пелевина: как минимум, одно из самых самодостаточных, законченных пелевинских произведений, в котором художественный мир романа не кажется картонной декорацией (пусть он и не глубоко проработан, но зато динамика, невымученный юмор и воздушность чтения с лёгкостью нивелируют недостатки детализации, да и в контексте романа она не сыграла бы большой роли). Замечательный пример использования приёмов метатекстуальности в постмодернистском литературном повествовании (к "метатекстуальности" относится догадка героев книги о том, что они - герои произведения [как Дэдпул, например]). Я сам себе и небо, и луна! С предвкушением берусь теперь за «S.N.U.F.F.»
чтобы не забыть:
— Стали вопрос решать на уровне крыши. А крыша теперь у всех одна, только углы разные. Чечены под силовыми чекистами, а Армен Вагитович — под либеральными.— А в чём между ними разница?— Да из названия же ясно. Силовые чекисты за то, чтобы всё разруливать по-силовому, а либеральные — по-либеральному. На самом деле, конечно, вопрос сложнее, потому что силовые легко могут разрулить по-либеральному, а либеральные — по-силовому.— Вы как-то примитивно объясняете, — сказал Т., — словно слесарю.— Потому что вы такие вопросы задаёте. Короче, съесть могут и те, и эти. Но либеральные кушают в основном простых людей, какие победнее. Типа как киты планктон, ничего личного. А силовые кушают в основном либеральных — замочат одного и потом долго все вместе поедают. Так что в пищевой цепочке силовые как бы выше. С другой стороны, либеральные целый город могут сожрать, и никто не узнает. А когда силовые кем-нибудь обедают, про это все газеты визжат, поэтому в целом условия у них равные. И чёткой границы между ними на самом деле нет. Поняли теперь?— Не до конца.— До конца я тоже не понимаю, так что не расстраивайтесь.152,6K
