Рецензия на книгу

• 

  mashavetra

  19 декабря 2011

  Гадюка в кулаке

  Предыстория такова: урок французского в университете преподнес главу из этого произведения в качестве источника для работы над лексикой. Язык – великолепен, таких конструкций я еще не видела, впечатление было подпорчено только тем, что преподаватель пыталась заставить нас вызубрить их наизусть (ну да, хотелось бы мне так разговаривать в повседневной жизни). Так что Эрве Базен впервые дал мне понять, что французский язык тоже «велик и могуч». Заинтересовавшись, я решила прочитать книгу полностью, но на оригинал не было сил и времени, поэтому спасибо переводчику, который нисколько не испортил мое общение с автором! Поклон и хвала!

  Исходя из всего этого, впечатление первое, так сказать, еще с поверхности: язык - вкусный. Прямо обалденный, восторгаешься не то чтобы каждой фразой, но общее ощущение, как от впервые вкушаемого французского лукового супа: вроде и странно как-то, непривычно, но остановиться просто невозможно, потому что рецепторы задействованы под завязку.

  Впечатление второе, погружение метров на пятьдесят: жалость, сочувствие к бедным детям, воспитывающимся в ужасных условиях – «под крылом» Психиморы (это они так мать прозвали, прелесть, а?) и отца-подкаблучника, способного только выдавить из себя: «Дорогая, пожалуйста, черенком», когда он видит, как жена втыкает в руку сына зубцы вилки. Нескончаемые уроки, отсутствие малейшего бытового комфорта, невозможность прогулок дальше чем на столько-то метров от ограды, да ладно, мелочи. Главное – это отношение. Такого дикого отношения к собственным детям я перенести просто не могу.

  Впечатление третье при погружении еще на сотню метров: оказывается, это книга о восстании, о революции в отдельно взятом человеке, о душе, которая требует свободы. Это плюс к оценке. Который почти полностью нейтрализуется гадливым ощущением, преследовавшим меня при наблюдении за тем, как главный герой вбирал в себя все самое мерзкое, что он видел в матери, переваривал это, присваивал себе и выплескивал на окружающих.

  Я бы назвала эту книгу «тяжеловатой», то есть вроде бы и не разрывает на части, но противное послевкусие после нее остается. Такое вот горько-сладкое впечатление от смеси прекрасного языка и с трудом переносимого содержания.

  7 понравилось

  174