Рецензия на книгу
Клубок змей
Франсуа Мориак
elefant22 февраля 2020 г.Всепроникающий культ собственности калечит людей
Флэшмоб 2020 4 из 12
Жестокое и очень откровенное произведение, в сущности – исповедь отчаявшегося старика-эгоиста, полного подозрительности, слепой злобы и отчаяния по несбывшейся мечте о счастье. По крайней мере, именно таковым представлялась Луи вся его жизнь. К концу своего дневника бывший гениальный адвокат, так и не нашедший счастья ни в любви, ни в собственных детях, находит в себе силы признать многие ошибки. В чём же они – можно понять, лишь дочитав эту книгу до конца, о чём предупреждает сам автор в предисловии.«Клубок змей» в очередной раз подтверждает глубокий христианский характер творчества Франсуа Мариака, его «поэтический реализм». В ней нашли воплощения главные темы писателя: изображение провинциальной среды, где всепроникающий культ собственности ломает судьбы многих людей, ведёт их к трагедии – и противопоставленный ему порыв к высокой духовности, к чистоте отношений между людьми и подлинной любви.
В конце 20 – 30 годах прошлого XX века Франсуа Мориак много пишет, в самых различных жанрах – поэмы, повести, новеллы, эссе, сочинения, очерки о проблемах морали. Сама жизнь той поры, наполненная трудностями: экономический кризис, крах биржи и традиционных устоев, надежд целого поколения – всё это пробудило к жизни многие людские пороки, показало противоречия и вскрыло истинные людские мотивы. Всё это дало наблюдательному и зоркому писателю самую разнообразную пищу. Писать обо всём, что волновало людей той поры, Франсуа Мориак просто не мог. Именно в это время появляется один из признанных шедевров писателя – роман, в центре которого разобщённость, бездуховность буржуазной семьи, раскрытая изнутри, проанализированная с точки зрения главного персонажа – адвоката Луи. Безграничный собственнический эгоизм, осознание собственной неполноценности, сочетание с профессиональным талантом и задетым самолюбием – таковы главные черты этого человека.
Однако не стоит видеть в его окружении одних только жертв. Собственная жена Луи не замечала горя мужа, стремясь излить ему свою душу – она всякий раз не замечала, как больно задевает его самого, и в итоге, два супруга стали столь далеки друг от друга, как могут находиться на разных планетах. Поверженное самолюбие и гордость Луи отторгли от него и его детей, также не понимавших этого человека. Всякий раз, садясь вечером за стол, они будто два лагеря на поле битва – язвят, задевают, шепчутся и заводят интриги. Это клубок змей глубоко засел в сердце каждого из членов этой семьи, и никто не набрался смелости сделать шаг первым.
«Думается, я возненавидел тебя, Иза, не сразу, не в первый же год после той роковой ночи. Нет, ненависть росла во мне постепенно, по мере того как я убеждался в полном твоём равнодушии ко мне, ибо для тебя ничто на свете не существовало, кроме твоих визгливых, жадных крикунов-ребятишек. Ты даже не заметила, что я стал известным адвокатом по гражданским делам, был завален работой и что меня уже прославляли как крупную величину в нашем судебном округе. А начиная с дела Вильнава (1893 год) я прославился, и только ты одна не знала, что моя защита в этом процессе прогремела по всему миру. И как раз в этом году наш разлад перешел в открытую войну. Начиная с дела Вильнава, принесшего мне славу, меня ещё сильнее сдавили тиски, в которых я задыхался; до тех пор у меня в душе ещё, пожалуй, тлела искорка надежды, но мой громкий триумф доказал мне, что я для тебя не существую».«Клубок змей» - это взволнованный монолог, мучительное подведение итогов прожитой жизни, в котором Луи всё больше поднимается над своими слабостями, постепенно осознавая ошибки и постигая, наконец, отчего же была загублена его жизнь. Только иногда бывает слишком поздно. Нет, не ждите от этого произведения полного «прозрения». Большинству из персонажей так и не суждено будет подняться вслед за Луи к осознанию истинных мотивов старика и раскрытию его глубоко запрятанной души. Даже собственным детям. Те же, кто сумел полюбить этого одинокого старика – будто по злому року судьбы – уходят. Будь то Мари – младшая из дочерей, умершая по невежеству врача, или усыновлённый племянник Люк, погибший на войне. Кажется, лишь внучка Янина сумела понять и простить Луи, подняться над собственной гордостью и заглянуть туда, куда сам старик никого не пускал – в его душу. Но дадут ли ей прочесть этот дневник, согласятся ли родственники Луи заглянуть туда же и простить так, как простил он? В этом вопрос остаётся открытым. И в этом – сила самого романа.
«А не кажется ли Вам, что Ваш отец был бы совсем другим человеком, если б и мы были иными. Не думайте, что я хочу бросить в Вас камень… Он так долго стремился лишь к одному — отомстить за свою обиду. Но позвольте мне сказать в заключение, почему я всё-таки считаю его правым перед нами: ведь там, где были сокровища наши, там было и сердце наше — мы думали только о наследстве, которого боялись лишиться… Все силы души у нас устремлены были к обладанию материальными благами, тогда как дедушка... Поймёте ли Вы меня, если я скажу, что сердце его было не там, где были его сокровища. Я готова поклясться, что его «дневник», который мне не дают прочесть, неопровержимо свидетельствует об этом».19366