Рецензия на книгу
Поезд прибывает по расписанию
Генрих Бёль
ShiDa13 февраля 2020 г.«Мой адрес не дом и не улица, мой адрес – Советский Союз…»
Ох уж эта немецкая сентиментальность!.. Нет, не так – фронтовая немецкая сентиментальность. Уж не знаю, кто первый начал, но Ремарк, а позже Бёлль успешно подхватили. Ровнялся ли молодой писатель Бёлль (а это одна из его первых вещей) на уже матерого Эриха Марию, сказать сложно, но нельзя не заметить общее: те же обреченные и трогательные интонации при описании юных солдат, крепкое товарищество, воспоминания («как молоды мы были!») и обязательная девушка не без очарования – и греха.
И, кажется, Бёлль как минимум знал, а возможно, и любил Достоевского. Образ Олины, девушки-проститутки, словно списан с образов нашего классика – и Соню Мармеладову можно вспомнить (тоже жертвенные мотивы), и Грушу с ее порывистостью и страстностью.
Сюжет же прост: главный герой, 24-летний солдат Андреас, возвращается на фронт после побывки. Провожает его верный друг Пауль, священник. Ни с того, ни с сего Андреас вдруг понимает… что смерть уже близко. Более того – он уверен, что жить ему осталось не больше трех суток. С чего взялась эта уверенность? Андреас сам не знает. Но вот это отвратительное чувство: «Тебе осталось меньше трех суток!» – сжирает его изнутри.Расставаясь с Паулем, занимая свое место в эшелоне, знакомясь со своими попутчиками, главный герой все прокручивает в голове мысль о своей скорой смерти. Он обменивает у товарища карту и с ужасом изучает местность, читает странные названия советских городов и высчитывает: а где же он окажется спустя трое суток, погибнет ли он в Львове, в Черновицах или в Стрые?
Жутковатая мания героя сначала удивляет, позже – бесит, а еще позже – пугает, словно тут Бёлль не психологическую повесть наваял, а какой-то триллер. Сложно отожествить себя с Андреасом. Но вот посочувствовать… Тут, конечно, можно возразить: разве этично сочувствовать солдатам вермахта? Ну, мания у него – и черт бы с ним. Еще бы нам о каком-то оккупанте беспокоиться. Так или не так?..
Но лично я не могу смотреть на Андреаса, как на оккупанта. Не получается. Он слишком… человечен. Не хорош и не плох, а именно человечен. Мечтал стать пианистом, учился – а потом началась война, его призвали, и пришлось юноше позабыть о любимых увлечениях, книгах и мечтах о лучшей жизни. Андреас религиозен; молится за всех (даже за евреев), а если не получается молиться (если забывает), так чувствует себя виноватым и просит у Бога прощения. В отвратительных поступках не замечен. Да, не без греха (а кто без?), но склонен к рефлексии, умеет сопереживать и искренне хотел бы, чтобы все жили в братстве и любви.
Мне понравилось, как Бёлль постепенно создавал его образ, как из мелочей он составлял отличный живой характер. В Андреаса веришь. Впрочем, веришь и в других описанных Бёллем немцев. Может быть, сомневаешься насчет Олины… но это мое, женское. Слишком уж прилизанной она вышла, слишком… как бумажная балерина из сказки – прекрасна, но далека и непонятна. В их «любовь» с главным героем я не поверила, а так как совместная линия Андреаса и Олины занимает больше трети повествования, я пребывала в недоумении достаточно… ну, чтобы снизить оценку. Но в остальном...
Считаю свое знакомство с автором удачным и с удовольствием позже возьмусь за «Бильярд в половине десятого».
«Часы показывают шесть, ровно шесть. И сердце у него падает в ледяную пустоту. Боже мой, боже мой, на что я убил свое время: ничего я не успел, ничего не успел за целую жизнь…»311,5K
