Рецензия на книгу

• 

  ninol3 ноября 2011 г.

  Пальцы весело отбивали начало строки по клавиатуре… и умолкали. Ударяла, удаляла, начинала заново, торопливо перебирала текст, смакуя, неловко пытаясь оправдать рвущиеся слова. Просто очень хочется перелить в свой рассказ о книге хрупкое ощущение от нее, от волнения и неумелости не расплескав, не обесценив, не замусорив. «Счастье» Филиппа Делерма – работа фактически акварельная, прозрачная, но в красках которой спряталось столько воздуха и солнца, что хватит на любой, самый пасмурный день земли.
  Подзаголовок названия - «картины и разговоры». Подсознательно жду откровений и возможно патетики, а нахожу точечный узор языка, деликатность, открытость и абсолютный такт рассказчика, для которого подобный разговор – не рванная исповедь, а доверительное молчание, как у хорошо понимающих друг друга людей. Каждая из «картин» (так называются главы) Делерма конкретна и изящна: если бы можно было сравнить язык с дыханием, то какие-то из них напоминали бы разводы инея на вспотевшем от дыхания стекле, а какие-то пушистый фейерверк одуванчика. При всей разнице, вместе они – одно целое: цельное, яркое, мелодичное, не только богато визуальное, но и фактически тактильное, ощутимое, живое.
  
  Он говорит о том, чего мы так привыкли стесняться. Готовые простить себе страсть, похоть, стыд, мы прячем свою веру, надежды, само счастье… иногда кокетливо, как школьница груди, иногда упрямо, как шрам от падения с велосипеда, как само детство. Мне понравилась мысль Делерма о том, что счастье – это только часть детства, вернее счастье – та часть нас, в которой мы еще способны обрести свое детство.
  
  Но Делерм не учит, не величает свою веру – он рисует картины: воспоминания прошлого, будущего и настоящего. Это один день или многие дни… в книге есть сюжет, но он призван не мешать читателю грустить, смеяться, любоваться, искать, вопрошать, спорить, молчать, скучать, отвлекаться, приникать… делать все, что читателю взбредет в голову. В этой негромкой, лиричной, теплой обстановке незнакомого, но уютного дома, рядом с таким гостеприимным, лукавым и хлебосольным автором… после долгих и долгих дней пустого путешествия. Просто толкаешь входную дверь и входишь в мир человека, который смеет надеяться, верить, ждать, утверждать, что и «жестокий век» не разучил людей считать большей близостью безмятежную нежность щеки прижавшейся к родному плечу, чем количество тех, кто утверждает нам обратное и отвергает счастье смотреть, как растут дети только потому, что никогда этого не делал. Страх потерять родных – тоже часть счастья. По Делерму: счастье – когда тебе есть, кого терять. (с)

  5

  244