Рецензия на книгу
Стихотворения
Георгий Иванов
max_batler25 декабря 2019 г.История одного стиха
«О расставаньи на мосту» имеет преинтересную историю. Восьмистишие, написанное в сентябре 1917 года, так бы и осталось незамеченным в многогранном наследии поэта, если бы не один случай.
Одним прекрасным днём, наслаждаясь осенней природой, Георгий Иванов написал небольшой сентиментальный опус. По всей видимости, произведение было навеяно переживаниями по поводу усложнившихся отношений с супругой Габриэль Тернизьен, брак которых в то время держался на волоске. Меланхолическая риторика стихотворения, где герой, сидя в комнате, вспоминает о расставании, о костре, о «ярких геранях на окне в цвету», рассудительно подытоживается сообщением о том, что настаёт осень семнадцатого года. Очередной год, очередная осень, очередная смена времён года. Никакого скрытого подтекста, кроме, наверное, чисто романтического. Опадающая листва, негреющее солнце, непослушный ветер – всё это естественным образом вызывает тоску и депрессию, особенно у творческих людей. «Стеклянной порой» называл К.Г. Паустовский осень, по всей вероятности, вкладывая в это понятие отнюдь не оптимизм и радость.
«Но я не забыл, что завещано мне
Воскреснуть. Вернуться в Россию — стихами»Иванов был одним из крупнейших поэтов русской эмиграции. Он не принял Октябрьскую революцию и идеи большевиков и был вынужден покинуть Россию сразу после начала преобразований. За несколько лет Иванов снискал себе славу «первого поэта» в эмиграции, публиковался во многих авторитетных журналах и газетах также в качестве критика.
В 1927 году Георгий Иванов готовил к изданию новый сборник стихов. Были выбраны произведения, установлен порядок их появления в книге, как внезапно поэт обнаружил небольшой клочок бумаги из далёкого прошлого. В старых тетрадях Иванов увидел давно забытый стих «О расставаньи на мосту». Через несколько дней это восьмистишие без всяких изменений было на первой странице изданного сборника. Год написания – 1927. Автор не изменил ни единого слова, но написал новое стихотворение.
Иванов хотел подчеркнуть зависимость своего восприятия от различных временных рамок. Сентябрь 1917 года и сентябрь 1927 года в миропонимании автора диаметрально противоположны. Спокойствие и стабильность положения времени первого стихотворения уравновешивает опасения, горечь и неопределенность в момент написания второго. Для тридцатитрёхлетнего Иванова осень 1917 года стала поворотной и роковой. Этот год разбил все его прежние чувства и заставил бежать в никуда, а главное – зачем? Каждый день с момента отъезда его не покидала мысль о том, как быть дальше, что будет с ним и его любимой Россией.
«Как быстро осень настаёт уже семнадцатого года», - последние строчки стихотворения, написанные во второй раз, проникнуты неизбывной болью о том, что так мало уготовано ему дней на родной земле. И добавил он только одно:
Вздохнул. Но вздох иного рода
Изгнание. Тюрьма – сума.- Не выдержу! Сойду с ума!..
В этом стихотворении вздох действительного иного рода. Гераней нет, есть пустота. Мытарства Георгия Иванова не закончатся до самой смерти. Из последних стихов:
"Пожалейте! Сколько горя".
И уже не стало сил.
Теплый ветер веет с моря,
С белых камней и могил,
Заметает на просторе
Все, что в жизни ты любил.А здесь пример полной апатии и безысходности положения. Ощущается, что автор себя перестал отождествлять с миром, он морально откололся, исчез:
Прозрачная, ущербная луна
Сияет неизбежностью разлуки.
Взлетает к небу музыки волна,
Тоской звенящей рассыпая звуки.Прощай... И скрипка падает из рук.
Прощай, мой друг!.. И музыка смолкает.
Жизнь размыкает на мгновенье круг
И наново, навеки замыкает.И снова музыка летит, звеня.
Но нет! Не так, как прежде, - без меня.0110- Не выдержу! Сойду с ума!..