Рецензия на книгу

• 

  BlackGrifon13 декабря 2019 г.

  Начинай сначала

  По всему видно, что роман сильно любительский. И даже перевод Аркадия Стругацкого не спасает от стилистических шероховатостей, неуверенной композиции и задорного жонглирования фантастическими допущениями без особой убедительности. Что нельзя отнять у Джона Уиндема, это тревожную атмосферу, которая не развеялась даже спустя почти 70 лет. Корявенький роман Энди Вейера «Марсианин» тоже претендует на подобную нетленку, но сильно проигрывает в масштабности замысла. Ударное спасение всей планетой одного незадачливого астронавта уступает гибели этой самой планеты по воле каверзной стихии… и самого человечества, в природе которого уничтожение и насилие.

  В романе Уиндема можно обнаружить инспирацию «Войной миров» Герберта Уэллса. На протяжении чтения не оставляет ощущение, что триффиды списаны с марсиан именно как внешний и беспощадный враг, против которого человечество должно объединиться не взирая на социальные статусы, мировоззрение и прочие убеждения. Но это допущение бледнеет и начинает даже мешать куда более зрело и сильно выписанной идее того, что главный враг человека – сам человек. Загадочное космическое явление, придуманное Уиндемом, играет такую же роль, как Всемирный потоп в библейской мифологии. За ним угадывается провиденческая рука, которая решила разредить человечество, чтобы выжили только самые достойные. Абсолютного совпадения, конечно же, нет. Но сам постапокалиптический социально-психологический эксперимент, предложенный писателем, и составляет главную ценность романа. Попытка притянуть триффидов, поговорить о возмездии природы, которую беспощадно и бездумно эксплуатирует человек, создать несколько хоррор-приемов для развития сюжета, саспенса и сгущения атмосферы, остается на уровне наивного палп-фикшн. И даже порой отвлекает от напряженных размышлений о том, что стремление человека к власти, к подавлению, к отчаянию – то непреодолимое зло, заключенное в корне всех его проблем.

  В качестве главных героев Уиндем выбрал достаточно положительных, умных и обаятельных людей, в общей системе персонажей стремящихся к идеалу. Билл – тонко чувствующий интеллигент, по классической схеме вышедший из традиционалистской семьи, готовый безрассудно бросится на помощь. Джозелла – красивая, непременная спутница для героя, столь же решительная Ева, дающая в перспективе жизнь новому человечеству. Есть у Уиндема и откровенно демонстрационные злодеи, и трикстеры-провокаторы, исправляющиеся безумцы. Все они вызывают жгучее негодование, в котором физическая слепота становится символом слепоты духовной, нравственной, общественной. Катастрофа лишь усиливает в людях их слабые и ужасающие стороны, толкая на несправедливости и бездумное разрушение.

  Немного жаль, что само существование триффидов дальше, чем повышение уровня сложности для выживания основных персонажей, у Уиндема не разрабатывается. Есть отдельные эффектные сцены, связанные с их претензией на разум, щекочущие нервы, предвосхищающие глобальный ужас, на грани с мистикой. Но писатель бросил эту тему на полусказочных мотивах. Ему будто не хватило смелости, и он предпочел оставить множество загадок. Да, признаться, триффиды и не решают ничего в судьбах героев, оставаясь некими триггерами, подхлестывающими то более-менее мирное существование выживших, которое наблюдается в финальных сценах романа.

  В «Дне триффидов» удачно и то, что в нем почти нет реалий 50-х годов. Этот своеобразный детальный вакуум позволяет воображению переносить время действия практически в наши дни. Разве только масштаб экологической катастрофы мог бы быть более фатальным из-за остановившихся производств. Но это уже домыслы для будущих экранизаций. Для читателя же роман не утратил остроты страха перед ближним своим. И самим собой. И надежду, что всегда можно начать сначала.

  13

  417