Рецензия на книгу

• 

  sq20 ноября 2019 г.

  Очень двойственное впечатление оставила эта книга. С одной стороны, история интересная, персонажи живые. С другой, автор аккуратно собрал всё то, что я не люблю в книгах.

  Во-первых, повествование чрезвычайно запутанное. Например, если глава начинается словами "– Надеюсь, это действительно что-то важное, – подозрительно сказал мужчина. И впустил ее в вестибюль", то будьте успокойничками, вы узнаете, кто "этот мужчина" и кто "она", только через страницу-две. Они уже успеют обменяться дюжиной реплик, а автор будет наслаждаться тем, что держит всё это время читателя за идиота.
  С той же целью рассказ всё время скачет с пятого на десятое без предупреждения. Часто даже первая половина предложения относится к одним героям, а вторая совсем к другим. А уж то, что на чей-то вопрос отвечает кто-то за пятьдесят лет до того, как вопрос задан, это вообще любимый литературный приём Жауме Кабре. Автор, очевидно, ждёт, что я скажу, что он "филигранно плетёт ткань повествования", но я такого не скажу. Лучше вообще промолчу, потому что для приличного общества у меня в таких случаях слов нет.
  Сюда же относится и идиотский синтаксис и "сэкономленные" знаки препинания. Может, по-каталански текст без выделения прямой речи читается и без напряжения, но по-русски это точно не так. Из-за этого часто непонятно, кто что говорит.

  Это всё было во-первых. Теперь во-вторых: книга полна абсолютно ненужных деталей.
  

  
  Семейства Вилабру Рамис-и-Вилабру-Кабестань, то есть, соответственно, семья Элизенды и семья Сантьяго, ее мужа, были двумя франкистскими ветвями рода Вилабру. Со стороны Элизенды это были Вилабру из Торены, Вилабру Брагулат, а со стороны ее мужа – Вилабру-Комельес, уже три поколения которых проживали в Барселоне и с начала двадцатого столетия имели тесные связи с консервативными монархическими кругами страны, особенно по линии Комельесов, состоявших в родстве с семейством Арансо из Наварры, о которых говорили, что они были карлистами еще до того, как возник карлизм. Да. Да. Нет, как раз со стороны Роуре, да. Что касается Кабестаней, то, насколько я понимаю, они не принимали ничьей стороны, но всегда держали нос по ветру. Кстати, эти Роуре были кровными родственниками других Роуре. Представь себе. Одни – из СЕДА, а другие – из левых республиканцев, а на Рождество вместе ели эскуделью.

  После такого даже эскуделью есть не захочется, не говоря уж о том, чтобы искать карлистов или СЕДА в интернете. А там этого добра тоннами.
  Приключения лейтенанта Марко надо сократить в 10 раз. Перипетии жизни Сесилии Басконес -- в 20. На хрен они никому не нужны в таких деталях. 2/3 второстепенных персонажей вообще задушить в колыбели.
  Оставить в полном объёме только главных героев и династию сельских каменотёсов. Этого будет вполне достаточно, а мудрые бизнес-стратегии Элизенды и всё горнолыжное занудство -- в топку! У нас же не производственный роман.

  В-третьих, текст явно рассчитан на испанского или каталонского читателя. Мне местные реалии примерно к середине текста изрядно надоели.
  

  
  – Может быть, я вступлю в СПК.
  – А, отлично. А как же ОСПК? Выйдешь из нее?

  Не хочу знать, кто такие СПК и ОСПК, сыт уже карлистами и СЕДой этой.

  И это всё при том, что история-то хорошая. Вычистить бы из неё весь мусор, поправить синтаксис, оставить страниц сто -- то что надо вышло бы, честное слово.
  А так... что получилось, то и получилось.
  Десять раз хотел бросить, держало только желание узнать, как же на самом деле закончил жизнь Фонтельес. Об этом так многозначительно всё время напоминали, что я ожидал чего-то нетривиального. Не дождался.
  Хотя, нет, кое-что оказалось-таки неожиданностью: в полный ступор меня ввела история любви. Не вся история, а поведение по уши влюблённой женщины в предпоследний день жизни её возлюбленного...
  

  Попытался представить себя на её месте.
  Предположим, я -- женщина, которая всю жизнь использовала свои анатомические отличия от мужчин для собственного удовольствия, но главное -- чтобы проложить себе в жизни дорогу. И вот наконец -- практически под конец жизни -- встречаю большую любовь. Очень-очень большую, охренительно большую, которой хватает ещё лет на 40-50 вперёд.
  И оказывается, что у нас есть серьёзные, очень серьёзные, опять же охренительно большие расхождения во взглядах! Что делать?
  Да ничего не делать! Противоречия-то всего-навсего политические. И хрен бы с ними со всеми, честное слово. Если бы между мною и моей большой любовью стояли сплочённой шеренгой Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин и все последующие вплоть до Путина или Навального, я, разумеется, выбрал бы хорошую тётку.
  А она что, блядь женщина-с-пониженной-социальной-ответственностью, сделала? Прошу прощения, но это именно тот случай, для которого в русском языке и предназначены определённые слова.
  Офигеть не встать!
  

  Конечно, в жизни всякое бывает. Но, как хотите, а этот поступок волевой, умной и талантливой во всех отношениях тётки противоречит всему остальному, что о ней пишет автор.

  Итог такой: история меня затронула, но реализация разочаровала.
  Знаю, что многим нравится как раз то, что я не люблю. Это нормально. Если кому интересно, моё мнение такое: если бы Жауме Кабре смог описать всё то же в 10 раз короче и без постмодернистских закидонов, книга получилась бы отменная. А в нынешнем виде еле осилил.
  Читал так долго, что за то время, что я продирался сквозь всю эту политику, в Испании успели выкопать Франко из могилы в Долине Павших и перезахоронить где-то в другом месте.
  И бог с ним, с каудильо. Пусть покоится с миром, и пусть наследник каменотёса Серральяка сделает ему хороший памятник.

  18

  1,2K