Рецензия на книгу

• 

  Arrvilja29 октября 2019 г.

  Но не всегда идущий может выбрать Путь... (С)

  Прочитала я Моэма, и в голове возникла забавная мысль. А ведь история Стрикленда со всеми перипетиями и хитросплетениями - идеальная иллюстрация для классификации Панкеевой. Если вкратце, в панкеевском мире Дельта разумные существа становятся на один из шести Путей ("нечто среднее между кастой и родом занятий") и используют атрибут (источник силы, свойственный этому классу). Один из шести - Путь Барда (не только музыканта, но творца вообще). И этот Путь - единственный, который сам выбирает человека, а не наоборот; более того, если носитель внутреннего Огня (атрибут Барда) не творит и всячески подавляет свой источник силы, Огонь пожирает его изнутри.

  Нечто сродни этому произошло и со Стриклендом: внешне респектабельный глава семейства и биржевой маклер в один прекрасный день бросил все (работу, дом, семью и привычный комфорт) ради того, чтобы просто творить. В глазах окружающих он, конечно, прослыл чудаком, но самого новоиспеченного художника интересовала лишь живопись. Будто он боялся не успеть. Будто что-то сжигало изнутри. Не тот ли самый Огонь?

  Да, Стрикленд воодушевленно писал, растрачивая себя и заодно окружающих (не жалко!), но компенсируют ли его картины (к слову, прославившие творца уже посмертно, и "выстрелили" бы они, не будь написаны скандальным персонажем?) тот факт, что в общении Стрикленд был законченным эгоистом и циником? И в реальной жизни находиться рядом с гением, у которого свои "тараканы", не всегда приятно; но герой Моэма - гиперболизированная квинтессенция таких "тараканов". Его взор устремлен лишь на Луну (духовное) и игнорирует "гроши", под которыми подразумевается не только материальный мир, мир буржуазии, но и земное в целом, включая окружающих его людей. Применим ли в данном случае принцип "пожертвовать ценным, чтобы обрести несоизмеримо больше"? На мой взгляд, нет. Стрикленд творил не ради человечества, а ради себя любимого (даже в смерти он остался все тем же эгоистом), а никаких доказательств культурной ценности его полотен, кроме оценки Стрёва (пусть и обладающего "чуйкой" на гениальность), читатель не получает.

  Еще немного кратких наблюдений.
  

  • Над Стрёвом насмехались в силу банальности его сюжетов, и были бы правы, если бы не парочка "но". Стрёв творил не в угоду моде, а в свое удовольствие, эти сюжеты приносили радость ему самому, писал он недурственно (рассказчик утверждает, что с поразительной фотографической точностью), к тому же выручал за полотна неплохие деньги. Такой вот Майкл Бэй от живописи. И что тут плохого?
  • Не думаю, что Стрикленд совращал женщин... У них своя голова на плечах. Скорее, они видели увлеченного творца и хотели быть причастными к сиянию. Или как-то так.
  • Миссис Стрикленд однозначно достойна восхищения. Оставшись опозоренной и без поддержки мужа, она получила профессию, стала на ноги и подняла своих детей. Пусть через боль и лишения, но она достигла самореализации, поэтому уход Стрикленда, вероятно, был на пользу обоим.
  • Рассказчик - невероятно предвзят и лицемерен. Он, как и окружающие, смеется над Стрёвом, хотя сам не демонстрирует никаких особенных литературных данных, и "примазывается" к Стрикленду пиара ради. Чем гордиться?

    В общем, на мой взгляд, роман - о тернистом и всеразрушающем пути Творца, неизменно сопряженном с трудностями. Мощь и несокрушимость творчества Моэм изображает полновесными, широкими, размашистыми мазками; именно оно играет главную роль в книге и оно же - главный ее персонаж, а отнюдь не Стрикленд и прочие мелкие и мерзкие личности, которые не более, чем инструменты мироздания, не более, чем рябь на воде.

  21

  1K