Рецензия на книгу
Моня Цацкес — знаменосец
Эфраим Севела
Maple8127 октября 2019 г.Ни плохих, ни хороших, ни средних...
Все они по своим местам,
Где ни первых нет, ни последних...
Все они опочили там.Некоторым может показаться, что это кощунственно, так писать о войне. Как это, юмор, насмешка и война? И вдруг - рядом, рука об руку. Как это можно передергивать великой подвиг Александра Матросова, да и многих других русских солдат и вдруг приводить эту еврейскую толпу, которая и воевать-то не хочет, как будто находится на чужой войне. А ведь по сути так и было. Никто их не спрашивал, когда их местечко переходило из рук в руки. Отрезать от одной страны, добавить к другой. Когда их присоединили вместе с Литвой к Советскому союзу поводы радоваться были только у будущего политрука Каца, который не хотел заниматься ремеслом, а предпочел прогуливаться по улочкам в милицейской форме и ссылать в Сибирь как свой народ, так и литовцев. Литовцы, тем временем, не сильно разбирались, кто там черная овца, а кто представляет собой все стадо, и когда власть опять сменилась, т.е. пришли немцы, полностью расправилась с надоевшим еврейским населением. Говорят, даже немецкая помощь не понадобилась.
И вот в тяжелом переломном 43 году Сталин вспомнил о дружбе народов, решил продемонстрировать грозный кулак, собранный из разных национальностей. В том числе понадобились литовцы. Легко сказать. Но ведь они были захвачены немцами в первые же недели войны (да и многие ли бы из них пошли служить добровольно в советскую армию?). Но главнокомандующий дал приказ. И пошли искать, бросили все свободные силы, переворачивая списки состава действующих частей и штатских на местах. И всех, у кого в документах было указано место жительства - Литва, собрали без разговоров в один полк. Но вот закавыка, практически все собравшиеся оказались уцелевшими евреями. Уцелевшими разными способами, кто-то уехал раньше, кто-то был сослан в Сибирь. И все они говорили только на идише. Ну, может быть, еще на литовском, но вот на русском уж совсем с трудом, только некоторые и то еле-еле. Не знал идиша только один человек, полулитовец, полурусский с явно монгольскими корнями.
И вот теперь эту толпу людей, не понимающих языка, не умеющих держать в руках оружия, надо срочно настроить на боевой лад, заставить маршировать в ногу, громко петь звонкие песни и метко стрелять по врагу. Как вы понимаете, ни один из этих пунктов не выполним. А, если учесть, что наш герой был весьма сообразительным человеком, то мы сможем наблюдать (и веселиться) как ловко ему приходилось выкручиваться из всех сложных ситуаций, в которые он регулярно попадал. И, вместо того, чтобы угодить под трибунал, оказаться знаменосцем полка.
Война, которую демонстрирует нам автор, не стала картонно-лубочной. Некоторые могут посчитать книгу клеветой, сказать, что автор забывает об огромных народных жертвах. Нет, автор о них не забыл. Да и как забыть о них евреям. Ведь как бы не тяжело им было на фронте, их семьям выжить в захваченном немцами тылу было еще нереальнее. Как могла эта война не стать и их войной, когда они понимали, что возвращаться некуда и не к кому, что вся их семья перебита, что не уцелели ни старики, ни малые дети? Но автор рисует нам как зашкаливал градус пропаганды, и как "нормальные" люди просто пытались выжить среди служак и ограниченных дуболомов, которые шлют в помощь оторванной от своих роте, сидящей без пищи и снарядов в качестве новогоднего подарка листовки и пачку погон.
Советские люди совершали немало подвигов, и некоторые из них были вынужденными, как и подвиг Александра Матросова. Быть может, будь у его части больше снарядов, такая жертва и не понадобилась бы. Но в своем восхвалении его поступком начальство опять доходит до идиотизма. Они делают лозунгом дня, каждой части дать по своему Александру Матросову! А что может быть глупее, чем возводить человеческий порыв в шаблон обязанности?
Вот такую войну нам и показывает автор, где его герой часто борется с помощью человеческой логики против логики службистской. Именно над ней он насмехается, а не над павшими в боях солдатами.131,3K