Рецензия на книгу

• 

  jouisvinsance26 октября 2019 г.

  Самая прекрасная эмблема Франции - солдатские потроха, кишки французского солдата заставляют мир вращаться

  - Фердинанд, ты слишком увлёкся своей ненавистью !... твои нервы на взводе... ты размениваешься по пустякам... ты укорачиваешь себе жизнь... оставь это... оно того не стоит... У тебе больше нет врагов ! самых скрытных, самых педантичных, готовых на убийство, прячущихся, безжалостных, ненормальных, хорошо вооружённых, хорошо осведомлённых, готовых-на-всё-ради- удовлетворения-жажды-мести, самых порочных и жестоких !... И что теперь ? Ты недоволен ? Неудовлетворён ? Не сыт?

  Удивительно непрезентабельный текст, отвратительный и требующий редактора извращений. Этот текст похоже совершенно не мог попасть туда, куда он метил, потому что метил он сам в себя, самобичую общественные пороки. Куда бы не глядел, глаза залиты кровью французских солдат, и ему приходится выкрикивать антисемитские лозунги, чтобы капли слетали с век.

  Открывающая история про встречу с русалкой, закончившаяся перепалкой задает тон дальнейшим приступам плясок святого Туррета.

  Селёдка... это было самым оскорбительным словом для неё ! Она задыхалась и икала от негодования и бешенства в своей грязи !
  — Селёдка ! Селёдка !... это её здорово завело !
  — Слушай! Ты! Фрукт морской! Вот ты кто! Старый пердун! Пьянь! Слизняк! Пузырь! Я гнильё, говоришь? Дерзкое ничтожество! Иди-ка попробуй, подержись за мои прелести! Ну-же! Как из дерева! Укуси!... Что, не заводит? А?... Что, отвисла грудь? А? Соси! Сопляк!

  Если Селин все таки считает Холокост еврейским карнавалом, то именно себя он описывает как гоя, который теряет полностью соображение, и даже всякое желание соображать. Смысла цитировать его дальше нет никакого потому что даже еврея, который пишет рецензию в шабат пустоголовые могут привлечь за экстремизм. Но даже в переводе это звучит слишком хорошо, чтобы обвинить Л-Ф в чем-то кроме тяжелого помешательства: шантаж горячими задницами, в сознании всего мира мы (французы) только и делаем, что танцуем канкан, это причастие через задний проход - большая куча образов слишком резных в своей точности, чтобы пробивать лбы ненавистному ему мелкобуржузаному рабочему классу с воспитанием и любимыми закусками как у Кроноса. Если бы нужно было провести какую-то параллель, то рядом бы был Клоп и Второй приказ по армии Маяковского, которые при определенной оптике могут быть прочитаны с не меньшим налетом антисемитизма. Но при всем своем желчном мессианстве Селин оставляет себе небольшой мостик назад, к широким (презираемым) массам, и будто бы сам гневно надувает свои посиневшие от дрянного вина щёки и закатывает мелодраматические сцены в духе Золя. Самое гениальное в этом памфлете, конечно, то что он сам себе противоречит. Л-Ф за всё, против ничего, и даже наоборот. Он за едоков картофеля против едоков лобстеров, на языке трущоб, против тех, кто из этих трущоб вырвался, и на железном коне по проселочной дороге. На него тяжело обижаться, потому что в отличие от непроходимых идиотов (таких как Кнут Гамсун), его же слова не дают ему сказать то, что он хочет. Вылитый ветхозаветный Бильам.

  3

  2,5K